Мартин Сэй - Зеркальный вор

Павильон не пустует, но и не забит до отказа. Стэнли надеется встретить кого-нибудь из «псов» — надо решать вопрос с товаром для Алекса, — но повсюду ему на глаза попадаются только стрижки под ежик; не видать ни «утиных хвостов», ни набриолиненных зачесов. «Странное дело, — думает Стэнли. — Может, они подтянутся попозже».

Он проходит по залу, оглядывая автоматы — «Домино», «Скачки», «Фрикаделька», «Грезы», — ни один из которых его не привлекает. Наконец, в самом дальнем углу, он натыкается на несколько допотопных пятицентовых мутоскопов с надписью «ТОЛЬКО ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ», криво нанесенной по трафарету на кирпичную стену над ними. Стэнли никогда особо не интересовался этими «гляделками», но он не любит, когда ему что-то запрещают. И он лениво бросает пятачок в щель монетоприемника.

Качество картинки вполне сносное — может, чуть погрязнее обычного. Сюжет называется: «В МАСТЕРСКОЙ ХУДОЖНИКА». Стэнли приближает лицо к окуляру — для чего ему приходится встать на цыпочки — и начинает крутить ручку. Она вращается с пощелкиванием в районе шести часов при каждом обороте, и картинки, мелькая, сливаются в фильм о богемном бородатом художнике, который с палитрой и кистью в руках работает над картиной, и о его натурщице, почти голой, если не считать пары белых тряпиц в самых стратегических местах. Щелк-щелк-щелк — пока все идет тем же манером. Натурщица румяная, кудрявая, лет двадцати. Интересно, сколько лет ей сейчас? Должной быть, не меньше пятидесяти. Она стоит в заданной позе, лишь моргая и плотнее прижимая к груди тонкую ткань. Внезапно художник, отбросив кисть и палитру, бросается к ней с раскрытыми объятиями. Тотчас за его спиной распахивается дверь, и в мастерскую врывается жених позирующей девицы. В последний момент ткань падает, полностью обнажая ее грудь. Ролик заканчивается глухим стуком внутри аппарата. Все это действо длилось около минуты.

Стэнли отходит от мутоскопа и, пригнувшись, оглядывается по сторонам. Похоже, никому нет до него дела. Может, люди вокруг считают его старше, чем он есть; однако у него такое подозрение, что сейчас он мог бы с тем же успехом притащить сюда дошкольника и поставить его на стул перед окуляром: надпись вверху предназначена для копов, а не для публики. Так даже не интересно, никакого риска. И Стэнли со скучающим видом переходит к соседнему аппарату.

Этот называется «Арабская принцесса» и показывает вертлявый танец живота в исполнении экзотически полуодетой «принцессы», которая под конец, войдя в раж, вонзает зубы в спинку деревянного стула и отрывает его от пола. Стэнли отнюдь не спец по арабским принцессам и их танцам, но данное зрелище кажется ему слишком ненатуральным и смехотворным.

Следующий мутоскоп запрашивает не пятачок, а десять центов, и Стэнли уже было собирается пройти мимо, но тут замечает название: «КУПАЮЩАЯСЯ БОГИНЯ», с дополнением: «В ЦВЕТЕ!»

Десятицентовик сочно брякает, приземляясь на скрытые залежи других монет в чреве аппарата. Начинается фильм: гладколицый юноша в тоге подглядывает из кустов за женщиной, которая плавает в заводи, стараясь не намочить высоко уложенные волосы. Ее тело белым пятном просвечивает сквозь воду. Все картинки старательно раскрашены вручную: розовые щеки, зеленые листья, голубая вода. Богиня выходит на противоположный берег, на секунду показывая свой голый зад, а потом разворачивается, чтобы снять с ветки дерева полотенце и вытереть обнаженную грудь. Парень в кустах разевает рот и трясется в экстазе. Богиня слышит шум и обнаруживает слежку; ее лицо искажает гримаса изумления и ярости. Гневным взмахом руки она направляет что-то невидимое в сторону юноши, и тот взрывается, исчезая в клубах желтого дыма. Глухой стук возвещает об окончании действа.

Стэнли бросает в щель второй десятицентовик, а потом и третий. Фотокарточки внутри аппарата стремительно перелистываются; сочетание подсветки и зеркал доносит каждый кадр до зрителя, а долю мгновения спустя вращающийся механизм убирает его с глаз долой. Стэнли начинает улавливать момент смены отдельных карточек: маленьких цветных шедевров, освещенных изнутри. Он пробует вращать ручку медленнее — чтобы разглядеть темные промежутки между карточками и разрушить эту иллюзию, — но при замедлении до определенной степени окуляр попросту гаснет. Стэнли бросает четвертую монету. Отражение нагой богини в воде рассыпается рябью; юноша в тоге уступает место клубам дыма. Окружающие его ветви исчезают и тут же появляются вновь, но уже смещенные на несколько дюймов по сравнению с предыдущим снимком.