Энни Пру - Корабельные новости

Только Билли открыл коробку с обедом, на которой был нарисован кот из мультика Гарфилд. Он посмотрел на тушеную треску с куском хлеба, разогрел ее и решил, что устроился лучше всех.

Куойл и Натбим сидели за дальним столиком. Ресторан благоухал разогретым маслом и свежезаваренным чаем. Натбим налил себе в чашку красно-коричневый напиток.

— Ты заметил, как странно Джек назначает задания? Он дает тебе именно то, что пробуждает твои потаенные, личные страхи. Вот, например, ты. Твоя жена погибла в автокатастрофе. И чем Джек заставляет тебя заниматься? Именно автокатастрофами, да еще и делать снимки горящих сидений и окровавленных тел. Билли, который никогда не был женат, по непонятной причине он поручает домашнюю страницу для женщин, где описывается быт в мельчайших деталях. Это очень болезненная тема для бедного старика. А я? Мне достаются истории о сексуальном насилии, будь они неладны. И с каждой из этих историй я заново переживаю свое детство. В школе я в течение трех лет подвергался насилию. Сначала это делал ничтожный учитель геометрии, потом старшие мальчишки, его приятели. Я до сих пор не могу заснуть, пока не завернусь в пять или в шесть простыней, как мумия. Я только одного не понимаю, Джек что, делает это специально? Он считает, что боль должна утихнуть из-за того, что ты постоянно о ней вспоминаешь, сталкиваясь с похожими случаями? Мне так кажется, что она никуда не девается.

Куойл заказал еще одну порцию рулета и выложил пакетик с чаем на блюдце. Интересно, хватит ему рулета или будет мало?

— А с собой он разве не так поступает? Когда выходит в море, которое отняло у него отца и деда, двух братьев, старшего сына и покушалось на младшего. Он хочет заглушить боль. И она проходит уже оттого, что ты видишь, что ты не одинок в своих переживаниях, что есть люди, которые страдают так же, как и ты. Наверное, правду говорят, что страдание не любит одиночества. Даже умирать легче, когда вокруг тебя умирают другие.

— Что за оптимистические мысли, Куойл! Выпей еще чаю и прекращай мять этот несчастный пакетик. Ты видел, что утром прицепилось к штанам Терта Карда?

Но Куойл не слушал. Он был занят размышлениями о том, не съесть ли ему два куска ягодного пирога.

В четыре часа он поехал за Уэйви.

С севера надвигалась холодная погода. Дождь перешел в мокрый снег, потом снег стал гуще. Туман превратился в облако тонких, как иглы, ледяных кристаллов. Куойл действовал по привычному распорядку: утром отвозил Саншайн к Бити, Банни в школу, подвозил Уэйви. Около четырех часов все повторялось в обратном порядке. «Мужчина подрабатывает шофером». Когда он заканчивал с делами, то мог выпить чаю на кухне Уэйви. Если ему приходилось задерживаться на работе, то они могли остаться у нее на ночь. Она подрезала Куойлу волосы. Он колол ей по субботам дрова. Иногда они вместе обедали. Становились ближе и ближе. Как две утки, которые сначала плавали по разные стороны пруда, но в итоге встречались на самой середине. Для этого сближения потребовалось много времени.

— Это ведь совсем ни к чему, — шептала миссис Бэнгз на ухо Доун. — Все эти разъезды на машине. Эти дети вполне могли бы ездить на школьном автобусе. А потом водитель автобуса высаживал бы девочку возле редакции. Пока отец работает, она могла бы делать уроки. Или чем он там занимается? Пишет? Не больно подходящая работа для мужчины. А миссис Герольд Проуз и вовсе незачем столько ходить по такой отвратительной погоде. Она затеяла всю эту историю с книгами, только чтобы его подцепить. Правда, он тоже мог все это затеять из-за нее. Ему просто необходима женщина, чтобы присматривать за его девицами и готовить еду. И для другого тоже. Ну, ты понимаешь, что я имею в виду. Он же такой здоровяк, наверное, изголодался.

На кухне Уэйви возле окна стоял рабочий стол, на котором она покрывала желтой краской миниатюрные грузовики, который делал ее отец. На каждом из них была выведена крохотная надпись: «Столярная мастерская бухты Мучной Мешок». Она шкурила и красила подставки для салфеток с изображением ресивера, деревянные бабочки для туристов, которые они прибивали к торцам своих домов, и чаек, стоящих на одной ноге. Кен развозил эти поделки по сувенирным магазинам по всему побережью. Они хорошо продавались.

— Я знаю, что это делается для туристов, — сказала она. — Но не вижу в этом ничего плохого. Приличная работа, которая приносит неплохой заработок.