Юля Филонова - Dolce на ужин

– Спасибо, – она впервые слабо улыбнулась.

После кино я предприняла попытку поговорить с Максом на тему его взаимоотношений с женщинами. Но он мастерски увиливал от ответов, отшучивался и вообще отказывался беседовать серьезно, ссылаясь на то, что у него прекрасное настроение, не располагающее к подобного рода разговорам. Поняв, что сегодня ничего не добьюсь, я решила заняться работой.

Едва я устроилась с ноутбуком, Макс возник рядом:

– Эй, уже поздно, время для чего-нибудь более приятного, чем сидение за компьютером. Пойдем, – он потащил меня за руку, – этой ночью я рассчитываю как минимум на три улетных интервью.

– Постой, – запротестовала я, – мы же договаривались, что сегодня я займусь работой. Я и так не укладываюсь в сроки.

– И не надо укладываться в сроки, лучше укладывайся в постель, – засмеялся Макс.

– Это не смешно. У меня работа, – строго сказала я.

– Господи, ты работаешь в глянцевом журнале, а сидишь с таким видом, как будто трудишься над чем-то заслуживающим Нобелевскую премию.

– Ну знаешь, это уже слишком! Имей уважение! Я уважаю твою работу и, когда ты пропадаешь допоздна, отношусь к этому с пониманием.

– Нуты сравнила! Я занимаюсь искусством, а оно, как и красота, требует жертв.

– А я, по-твоему, занимаюсь ерундой? – все больше закипала я.

– Давай прекратим этот глупый спор. Тебе удалось испортить мне настроение, так что я, пожалуй, пойду спать. Можешь работать хоть до утра, – Макс скрылся в спальне.

– Придурок, – прошипела я ему вслед.

Что, если и Кристина, и Алина, и даже Алексей Соколов раскусили истинную сущность этого человека, а я одна, как последняя дурочка, пребываю в плену своих сладких иллюзий? Надо повнимательнее понаблюдать за поведением моего бойфренда.

Макс Горелов был крайне недоволен мной. Еще бы! Я целыми днями пропадала на «своей дурацкой работе», возвращаясь лишь поздно вечером. Некому было подать чашечку горячего чая, некому отнести одежду в химчистку (приходилось доплачивать за эту услугу домработнице), некому сопровождать на ужин в ресторан. Я уделяла возлюбленному слишком мало внимания. Однако сейчас, когда у меня наконец начала спадать с глаз розовая пелена, я была совсем не готова рисковать работой ради прихотей Макса. Поэтому все чаще я слышала от него что-то вроде:

– Я вернулся к тебе не для того, чтобы чувствовать себя одиноким!

Или:

– Журналы и тряпки – единственные истинные ценности в твоей жизни!

Макс так ловко сделал из меня вечно виноватую, что полностью лишил даже намека на право поднять вопрос о его взаимоотношениях с женщинами. Впрочем, положа руку на сердце, сейчас мне было решительно не до этого.

Работа в редакции кипела и бурлила, словно суп на максимальном огне. День церемонии стремительно приближался. Мы вовсю трудились над свежим номером и над приложением одновременно. Некоторые сотрудники задерживались до трех часов ночи. А бедняга Дэн несколько раз и вовсе оставался ночевать.

Когда практически вся работа по приложению была закончена, Алексей Соколов вызвал в кабинет нашу творческую команду.

– Итак, друзья мои, – начал он крайне деловым тоном, – вы проделали серьезный труд, это на порядок более высокий уровень по сравнению с прошлым годом. Некоторые фотографии номинантов просто гениальны! Но! Тексты, они никуда не годятся!

Мы напряженно замерли.

– То есть сами по себе тексты и интервью неплохи, но в общем контексте приложения они не годятся. Поскольку с номинантами работали три разные группы, естественно, что и тексты писали разные авторы. В результате получилось: кто в лес, кто по дрова. Нам же нужна единая стилистика. Поэтому я попрошу Сашу переписать все подводки к интервью с номинантами, а также отредактировать сами интервью. Приложение должно выглядеть цельным материалом.

– Я – одна? Все тексты? Их же тридцать штук! – Мне слегка поплохело.

– Саша! – жестко сказал Алексей. – Там крошечные подводки. Для человека, который за полгода работы в журнале дорос до собственной авторской колонки, это не должно составить никакого труда. Поэтому завтра с утра я жду переделанный материал.

– Завтра с утра? – не поверила я.

– Именно! – подтвердил главный редактор. – Сроки поджимают, так что приступай прямо сейчас.

Коллеги с сочувствием посмотрели на меня, а я в свою очередь украдкой глянула на часы. 16.15. Черт! Сегодня я клятвенно пообещала Максу поужинать вместе. Он уже начинал ощущать себя настоящим лузером, появляясь в ресторанах в компании приятелей и не сопровождаемый хорошенькой подружкой. Но, учитывая свалившееся на меня задание, ни о каком ужине не может идти и речи. Покинув кабинет Алексея, я набрала номер Макса.