Марина Ли - Детский мир

Сейчас мне надо думать о себе. Я открыла список контактов и тяжело вздохнула: Книга лиц моей названной сестры вмещала в себя, наверное, каждого жителя Детского корпуса, а уж глава-то нашей Фамилии там просто обязан был быть.

Две минуты ушло на то, чтобы рассказать Арсению о том, что случилось утром, как я нашла наладонник и о своих подозрениях в адрес Котика, не больше, а потом в дверь решительно постучали.

– Лялечка, с тобой всё в порядке?

– Насколько это возможно в данной ситуации.

– Тебе нужна помощь? – дверная ручка дёрнулась несколько раз. – Зачем ты заперлась?

– Затем, – негромко проворчала я, опуская взгляд к наладоннику. – Мне от тебя ничего не нужно.

– Открой!

Я спрятала наладонник в сумочку и, ополоснув лицо, повернула кнопочку замка.

– Впредь чтобы не смела от меня запираться! – заорал Цезарь, стоило только двери приоткрыться.

– Боишься, что наложу на себя руки? – ухмыльнулась я. – Не бойся. Пока это в мои планы не входит.

– Ты злишься, – Сашка вздохнул и огляделся по сторонам, словно пытался найти выход из ситуации, в которую сам же нас и загнал. – Давай всё обсудим, как раньше.

Смотреть на него было неприятно, поэтому я опустилась в кресло и, отвернувшись к окну, произнесла:

– Как раньше уже не будет никогда.

– Значит, вот так, да? – движение воздуха за моей спиной сообщило о том, что Цезарь сел рядом. – Я честно дал тебе возможность сделать вид, что ничего не было, но тебя, очевидно, не устраивает такое положение вещей.

– Не после того, как вы с твоими друзьями насиловали Тоську, – я нервно дёрнула плечом, когда он попытался меня погладить.

– Тоську, – рассмеялся, заставив меня скрипнуть зубами, потому что я ничего смешного в этом не видела. – Ты ничего не понимаешь.

– Пусть так, – я посмотрела ему в глаза и повторила: – Пусть я не понимаю. Пусть не знаю чего-то. Но даже если ты нам с ней не родной брат, даже если инцеста не было, всё это мерзко и подло! Она же как ребёнок. Наивная, доверчивая, а вы…

– Во-первых, она не ребёнок, – перебил меня Сашка. – А во-вторых, никакого насилия не было. Это не то, из-за чего тебе стоит волноваться.

Он смотрел на меня чистым честным взглядом и улыбался, совершенно точно не чувствуя за собой вины по этому поводу. Он даже ещё большее чудовище, чем мне представлялось.

– Ты правильно догадалась – мы не являемся кровными родственниками, – Сашка взял мою руку и поцеловал кончики пальцев. – Я не хотел, чтобы ты узнала об этом вот так, но что уж теперь… Может, оно и к лучшему.

– К лучшему?

Он окинул меня задумчивым долгим взглядом и кивнул своим мыслям.

– Определенно. Через неделю, на празднике в честь твоего дня рождения мы объявим о помолвке.

– Что? – проклятый, проклятый день, который с каждым мигом становился всё хуже и хуже. – О какой помолвке?

– О нашей, глупышка, – растянул губы в улыбке. – Об этой романтичной истории ещё будут слагать легенды.

– Какие легенды? – я попыталась вскочить на ноги, но Сашка легко толкнул меня назад в кресло. – Ты с ума сошёл? Все думают, что ты мой брат… Я сама до недавнего времени так думала!

Цезарь, всё ещё улыбаясь, закинул руки за голову и, прикрыв глаза, проговорил довольным-довольным голосом:

– Лялечка, тебе напомнить уроки истории? Наших предков это не останавливало, они повально женились друг на дружке, так почему это должно останавливать нас? Думаешь, народу эту не понравится? Меня умиляет твоя наивность! Люди и не такое схавают, ещё и добавки попросят, главное, новость подать под хорошим соусом…

– Я не пойду за тебя замуж, – прошипела я.

– Пойдёшь, побежишь вприпрыжку, радостно распахнув объятия. И будешь делать всё, чтобы заслужить мое одобрение, – он плотоядно облизнулся, а затем вдруг подался вперёд, схватил меня за подбородок и прижался ртом к моим губам. Я дёрнулась, пытаясь вырваться, и едва не закричала от отвращения, когда почувствовала, как его язык скользит по моим зубам, требуя впустить его внутрь.

– Открой рот!

– Нет! – обеими руками я уперлась ему в грудь и толкнула изо всех сил. – Нет!

– О, да, – он, без труда преодолев моё сопротивление, притянул меня к себе и с каким-то животным рычанием провёл языком от уха до ямочки в основании шеи. – Я так долго ждал, так долго мечтал об этом… Моя девочка, Осенька моя, только моя!

– Пожалуйста, перестань, – паника поднялась из глубины моего сердца и хлынула наружу потоком слёз.

– Плевать на закон! – почувствовала, как его рука скользнула по моей ноге, задирая узкое платье. Я просто забилась в истерике, захлёбываясь слезами. – Здесь и сейчас.