Ирина Маленко - Совьетика

– У нас тоже, -откровенно сказала ей я, на секунду забыв, что я – Саския.

– Вот видите, а все говорят: апартеид, апартеид… Да, это была гнилая система, никто не спорит. Я сама участвовала в акциях бойкота нашего «Шелл ». Но я уверена, что и в Южной Африке, среди африканеров, в то время тоже было много хороших людей, ведь правда?

– Вспомните, например, поэтессу Ингрид Йонкер ,- сказала я, не желая прямо отвечать на этот ее вопрос.

– Да-да, как же, как же… А Вы видели наш голландский сериал о Южной Африке? «Стелленбосх»?

Этот горе-сериал я пыталась как-то посмотреть на DVD – уже давно уехав из Голландии, я продолжала прибретать новые голландские фильмы. Мне по-прежнему было интересно, чем и как живет теперь эта страна, которая тоже стала неотъемлемой частью моей жизни, хотя и такой печальной. И некоторые из этих фильмов мне были очень даже по душе. Но этот… Я просмотрела только первую серию – дальше не выдержала. Настолько расистским и традиционно-колонизаторским он мне показался. С прославлением «трудолюбивых» (ага, на чужой земле всегда почему-то так хорошо трудится!) колонистов, с осуждением «этих странных левых» из их кругов и с изображением «туземцев» исключительно в качестве всепрощающего своих белых господ объекта их сексуальных желаний. То, что папа главного героя убивает братишку такого вот «объекта желаний», это, оказывается, вполне о'кей, и она великодушно его прощает, уступая его домогательствам. Видимо, именно такой мечтают голландские извращенцы видеть новую Южную Африку – освободившуюся от апартеида исключително ради того, чтобы этим похотливым европейским козлам среднего возраста не приходилось больше нарушать «закон о нравственности», занимаясь своими грязными похождениями!

– Да-да, очень мило, – рассеянно отозвалась я, – Очень близко к действительности.

Только бы она сейчас не начала меня расспрашивать про настоящий Стелленбосх . Так, что там говорила о нем Хильда?..

– Саския, Вы душечка!- Аннеке допила очередной коктейль. Видимо, Геррит ее ими не баловал, – Надо будет Вас познакомить с нашими американскими товарками. Они немного не такие, как мы, голландки. Более традиционные. Некоторые из них даже еще умеют рукодельничать – представляете? Я в жизни ни разу в руках иголки с ниткой не держала. Разорвалось что-то – выбросила , купила новое. Они, конечно, тоже не штопают рваное – для них это своего рода хобби, всякое там шитье. Жена господина О'Лири, Оливия, например. Она умеет целые покрывала шить из лоскутиков. Как художница. Мы сегодня продали, между прочим, 3 сшитых ею покрывала – по 50 гульденов за каждое.

Хм, может, это у них национальный вид спорта – наряду с ковровыми бомбежками самых беззащитных стран? Я вспомнила супругу Хрома-Костыля – тоже швею-мастерицу, пламенную поклонницу Хиллари Клинтон, которая так переживала, когда ее любимице предпочли Обаму…

– Сочту за честь познакомиться с госпожой О' Лири, – сказала я.

– А сейчас давайте складывать столики, Саския… Говорят, сегодня на пляже будет петь сам Марко Борсато ! Но что-то мне не верится…Не поверю, пока сама его не увижу!

Она была права, что не поверила… Еще через час на пляже Мамбо вместо Марко Борсато вовсю гремел из динамиков местный бабблинг , а я вошла во вкус и отплясывала под него на пару с мужем Аниты. Он тоже был поклонником Вилдерса, но это не мешало ему копировать, -правда, довольно пародийно – народные антильские передвижения. Ойшин, который уже к тому времени тоже появился в нашей с Аннеке компании (по своему обыкновению, только после заката) и успел очаровать ее и других голландок своей немногословностью и контрастом белозубой улыбки с черной бородой, весьма натурально хмурился, наблюдая за этой сценой.

– Ты как хочешь, а я сегодня довольна, – сказала я ему уже в машине, – Когда-то я сдавала экзамен на знание людей и страны, и мне снизили оценку за то, что я сказала правду, а не то, что от меня ожидалось. А сегодня у меня был настоящий, не теоретический экзамен на такое знание- и мне кажется, я его выдержала с честью. А ты тоже молодец! Очень натурально изображал ревность. Мне теперь все голландки позавидуют.

Ойшин нахмурился еще суровее и промолчал. И молчал всю дорогу до дома.

****

Не буду описывать все перипетии своего знакомства с госпожой О'Лири и другими американками. По двум причинам: во-первых, как гласит бельгийская песня, «maar als ik alles zou vertellen, dan moest dit een maxi versie zijn» . А во -вторых, если я начну передавать это на бумаге, то мой рассказ настолько подтвердит самые распространенные, почти карикатурные представления об американцах, что я рискую тем, что мне никто не поверит.