Ирина Маленко - Совьетика

– Стоба ди кабриту, пор фабор , – сказала я, на секунду позабыв совет Донала.

– О, сеньорита знает папиаменту ? – обрадовался продавец. – Сеньорита из Венесуэлы? Или доминикана?

Пришлось мотать головой и поскорее рассчитываться. Язык уж точно до Киева доведет. А может, даже и до Тбилиси…

– Ммм.. Вкусно!- похвалил Ойшин, который не удержался и начал есть еще по дороге. – Это что?

– Лучше я тебе потом скажу, когда сьешь…

Пластмассовая вилка застыла у него во рту.

– Что, лягушка какая-нибудь? Или собака? Или ящерица?

– Ну, зачем такие крайности? – засмеялась я, – Это просто тушеная козлятина!

*****

Воскресенье прошло незаметно, и вот уже наступил мой первый рабочий день.

Оказалось , что весь офис Тырунеш состоит только из нее и из ее антильской секретарши – Марилены. Но мне это было даже по душе. «Меньше народу – больше кислороду».

– Никогда в жизни не думала, что буду заниматься пиаром американской армии! – пошутила я немного нервно. Хотя это была не шутка. И вместо слова «армия» мне очень хотелось употребить слово «военщина». Только я не нашла его- ни в английском, ни в голландском языках…

– Я тоже никогда не думала!- охотно отозвалась Тырунеш. – Сейчас не время и не место тебе рассказывать (ничего, что я на «ты»?), но в выходные приходите к нам вместе с мужем в гости, и тогда обо всем поговорим, хорошо? И об этом тоже. А пока вот, посмотри… Это тебе образец того, чем мы тут занимаемся. Хотя и не слишком удачный, надо сказать…

Я взяла в руки протянутый ею листок бумаги и прочла:

«Передовой пункт базирования американских ВВС на Кюрасао жертвует два автобуса и один грузовик местным организациям, которые согласились принять их подарок. Эти транспортные средства будут использоваться для обеспечения потребностей обучения и в целях повышения благосостояния и морали…»

Грузовик и два автобуса для повышения морали? Я вопросительно подняла брови. До такого даже мои корейские друзья не додумались бы. Да им это и не надо – у них с моралью и без американского грузовика все в порядке!

«Эти транспортные средства находятся в превосходном состоянии и заменяются более новыми моделями….»

«На тебе, боже, что нам негоже!»- подумала я.

«…В пятницу состоится небольшая церемония, посвященная передаче этих транспортных средств. Эта церемония будет проведена в отделении полиции в Рио Канарио в 4:00 часа дня. Представители прессы приглашаются присутствовать при церемонии для репортажей и фотосъемки.»

– Ну и кто создатель этого шедевра про необходимые для повышения морали подержанные транспортные средства? – поинтересовалась я.

– Полковник Ветерхолт. Из голландской армии. Он отвечает там за связи с американцами и совместные операции с ними. Он думает, что очень хорошо знает английский язык, а на самом деле он из тех голландцев, кто переводит голландское «ondernemer» на английский как «undertaker» … А вот и он! Легок черт на помине,- прошептала Тырунеш.

В дверь бодрым, военным шагом вошел высоченный – точно на две головы выше меня и даже выше Ойшина – голландец в военной форме, лет 50-и, с небольшим пивным животиком, чем-то напонимающий Еруна Краббе .

– Goede morgen, dames ! Это откуда же у вас тут такое создание, Тырунеш? Как случилось, что я ее раньше не видел?

– Это Саския Дюплесси, моя новая помощница, полковник. Я как раз думала над тем, чобы поручить ей новую кампанию поддержки наших американских друзей… Но Саския только не днях приехала, поэтому ей понадобится немного времени, чтобы вработаться, узнать людей и обстановку…

– Очень приятно, полковник,- сказала я по-голландски, протягивая ему руку. Я хорошо запомнила, какой бздык есть у голландцев насчет пожимания женщинам рук. Это чуть ли не как тест на верность идеалам демократии и рынка: если ты не хочешь, чтобы мужчина пожал тебе руку, значит, ты не иначе как мусульманская агентка…

Полковник заулыбался, заслышав родную речь

– И мне очень приятно. Ну о-о-очень…. Вы фламандка, Саския?

– Нет, я из Южной Африки. Но у меня мама была голландка…

Я даже вспотела от собственного вдохновенного вранья.

– Добрый день, Саския! С приездом в эту карибскую дыру, будь она неладна! Ну, как Вам мое творчество, а? – полковник Ветерхолт кивнул на лист бумаги у меня в руках- Вот выйду в отставку, перейду на службу к Вам, будем пиарить наших американских друзей вместе!

И он самодовольно захохотал.

– Надеюсь дожить до этого светлого дня, полковник! – по привычке с юмором отреагировала я, как отреагировала бы в Ирландии. Я совсем забыла, что передо мной был воспринимающий все буквально голландец, да еще и не просто голландец, а голландец в квадрате: голландец и военный. Этот голландский Скалозуб расплылся в улыбке и стал еще самодовольнее.