Ирина Маленко - Совьетика

Я была рада, что удержала его от сна за рулем. Когда мы уже подъезжали к моему дому, и собиралась прощаться, он вдруг спросил:

– Слушай, а нельзя ли мне у вас переночевать? Я так в полете устал, что до Антрима просто не доеду…

До Антрима было всего час с небольшим, но я не стала спорить. Раз человек говорит, что устал, значит, устал. К тому же у меня в доме еще никогда не ночевали настоящие борцы за свободу.

– Мам, – сказала я маме с порога, – Это Киран Кассиди. Он возвращается из Южной Африки и очень устал. Он у нас поспит сегодня в «коробочке» (так мы называли самую маленькую спальню), а завтра поедет дальше.

Мама посмотрела на меня с удивлением, но ничего не сказала. Она уже поняла, что со мной приходится быть похожей на Пачкулю Пестренького из книги о Незнайке, одним из правил которого было ничему не удивляться (другим было «никогда не умываться», но на это мама не пошла бы даже ради меня!)

Киран пошел спать, а мама только посмотрела ему вслед и покачала отрицательно головой – мол, «такие Кираны нам не нужны». Я удивилась – я совсем и не смотрела на него с такой точки зрения! Что это она себе вообразила?

… Утром мы все ходили по дому на цыпочках. Даже пораньше увели Лизу на кухню, чтобы она его не будила (Лиза рано просыпается, и ей не объяснишь, чтобы не шумела). Дело шло к полудню, а Киран все еще спал. Мы уже не выдержали и пустили Лизу гулять по дому, но даже несмотря на поднятый ею шум, он все спал… Я уже стала опасаться: жив ли он, но стучать в дверь было как-то неудобно. Полдня мы маялись так, пока он наконец не спустился вниз и не сказал как ни в чем не бывало:

– А позавтракать перед дорогой можно?

Само собой, мы его накормили, хотя это был уже, пожалуй, не завтрак, а обед.

Киран сердечно поблагодарил нас за гостеприимство и уехал…

****

….Где-то через неделю мне пришел долгожданный ответ с Кубы. Не по электронной почте, а по обыкновенной. Клиника прислала более подробную информацию о том, чем они занимаются – и я с первого взгляда на присланный ими мне проспект поняла: это именно то, что надо Лизе! Если уж и кубинцы не смогут ее вылечить, то по крайней мере, все будет ясно… Правда, финансовые вопросы клиника сама не решала, врачи посоветовали мне обратиться в вышестоящие органы, например, в министерство здравоохранения. Но в любом случае теперь у меня была цель!

Я так размечталась поздно ночью о Лизином лечении, что и не заметила, как мне через плечо заглянул Пласид:

– Ой, а что это у тебя? Марки какие красивые…

Я объяснила.

– Куба? – лицо у него вытянулось, и он на мгновение до ужаса напомнил мне толстовскую княгиню Авдотью: «Напугала, матушка, страсть какая, – в Париж… Чай, там погано!»

Мне всегда смешно, когда я вижу такую реакцию. Куба, которую мы дома все так хорошо знаем и всегда очень любили, которая с детства моего была частью нашей жизни – ну что там может быть страшного? Но я совсем забыла, где я работаю…

Через три дня, когда я как обычно пришла на работу, меня уже поджидали в офисе целых два наших менеджера (наверно, один боялся, что со мной не сладит- вдруг я окажу сопротивление?), сообщивших мне, что я уволена – без каких бы то ни было объяснений. Они попросили меня собрать мои вещи и отдать им пропуск.

Один из них, симпатичный в общении дяденька, который всегда хорошо ко мне относился, чувствовал себя явно неловко. Пока я, оглушенная новостью словно рыба динамитом браконьера, на автопилоте выгребала из стола свои бумаги, думая о том, что мне теперь делать и как содержать семью и платить за дом (я умерла бы, но не призналась бы ему в своих мыслях!), он стоял у меня за спиной и бормотал что-то о том, что они еще заплатят мне за месяц вперед, так что они все-таки не бросают меня совсем уж на произвол судьбы, а потом сказал вдруг:

– Хочешь, я дам тебе совет на будущее? – и тут же сам испугался собственных слов и поспешно выпалил:- Да нет, пожалуй, не буду…

Такая вот у них тут свобода слова…

Разумеется, человек, который собирается лечить своего ребенка на коварной авторитарной Кубе, да еще получает письма о строительстве Магнитогорска и о гражданской войне в Чаде из деревни в графстве Каван (кстати, а кто им позволил вскрывать вот так запросто почту, которая была адресована мне поименно, хотя бы и на рабочий адрес?)- это просто взрывоопасная комбинация. Настоящий компот из отравляющих веществ – зарина, замана и табуна с ипритом вперемешку. Таких надо держать от американских банков подальше, вне зависимости от их деловых качеств…