Эмили Бликер - Когда я уйду

— Так, не забудьте дать Мэй «Бенадрил», если поедете в зоопарк. Таблетки она не глотает, только сироп. И Уилл пускай берет с собой противоаллергенное на улицу, особенно если поблизости водятся пчелы. И осы, и шершни, и шмели. Все, что летает и жалит.

— Люк, я поняла. Я не за тем детей отсылала.

— А, ну ладно.

— Ты мне одно скажи. Сколько вы уже крутите роман с этой Энни?

— Чего-чего? — Люк не знал, плакать или смеяться. — Какой еще роман? Вы поэтому хотите, чтобы Джесси все время с детьми сидела? Чушь, Терри!

— Что ж, я не ждала, что ты скажешь правду, но за дурочку меня держать не надо. Если тебе самому не претит крутить амуры с замужней женщиной, дело твое. Я просто хочу знать, когда у вас все началось. Надеюсь, хотя бы после того, как моя дочь умерла?

Ее голос поднялся, щеки запылали. Охранники, болтавшие примерно в двадцати шагах, насторожились.

Люк смотрел на нее и ушам не верил. С чего она взяла, что у них с Энни роман? Поездку в Вашингтон отложили на несколько дней, и Энни зашла на ужин. Они с Терри проболтали несколько часов, вспоминая Натали и старые добрые времена. На прощание Энни крепко обняла ее, будто они страшно сблизились. Два дня спустя, перед отъездом, Энни заглянула попрощаться. Да, Люка она тоже обняла. И сжала его сильнее, чем позволяли приличия, но только потому, что знала, каково ему. Ну да, она писала сообщения. Да, много сообщений…

— Хорошо. Скажу один раз, повторять не стану. У нас с Энни нет никакого романа. И никогда не было.

Люк умудрился сохранить спокойствие, несмотря на всю нелепость обвинений. Терри тяжело вздохнула. Он продолжал, не дав ей вставить ни слова:

— Мы с Энни — близкие друзья, и Натали сама хотела, чтобы мы общались. Я никогда не изменял своей жене и никогда не позволю себе ничего по отношению к чужой.

Вообще-то у него было больше причин предъявлять претензии Натали. К тому же, если у нее был ребенок от Энди Гарнера, Терри наверняка в курсе. Ну и лицемерка…

— А теперь я пойду, с вашего позволения. А то на самолет опоздаете.

Терри побледнела. Люк отвернулся и тут услышал, как теща тихо бормочет себе под нос:

— Не сомневалась, что ты закончишь, как твой отец.

Люк замер на полушаге. «Как твой отец?» Как алкоголик, который испоганил ему все детство? Из-за которого его забрали из дома? Из-за которого ему пришлось уехать от матери с сестрой? Люк резко обернулся. Терри чуть не врезалась в него.

— Если я узнаю, что вы хоть словом обмолвились детям о человеке по имени Уолтер Сэмюэл Ричардсон, внуков вы больше не увидите. Ясно?

Ему до жути хотелось вернуть детей, он едва сдерживался. Клейтон подбежал к Терри и дернул за ручку чемодана. Та будто бы не заметила. Она смотрела на Люка взглядом, который говорил гораздо больше, чем слова.

— Бабушка, скорей! Уилл говорит, сейчас опоздаем.

Люк посмотрел на сына. На щеке у него играла ямочка, как всегда, когда он чему-то радовался. Вся ярость сразу улетучилась.

— Да-да, уже идем. Не волнуйся, успеем. Беги к братику с сестричкой.

Клейтон поспешил вперед, толкая перед собой чемодан, который весил, наверное, столько же, сколько и он сам.

— До свидания, Люк! — процедила Терри, не удостоив зятя взглядом, и прошла мимо.

Как же ему хотелось послать эту ведьму куда подальше, забрать детей и больше никогда ее не видеть! И все же ради детей и Натали Люк держался.

Он подошел попрощаться. Клейтон с Уиллом остались невозмутимы, а Мэй разрыдалась, будто уезжала навсегда. Как только ему удалось отцепить дочку, Люк вежливо кивнул Терри и отошел, наблюдая, как они проходят через металлоискатель. И тут в кармане тренькнул телефон.

Он достал из кармана смартфон в черном чехле — наконец, удосужился купить, а еще наклеил защитную пленку, а все потому, что упустил его из рук уже три раза за неделю. Взглянув на экран, Люк не сдержал улыбки. Сообщение от Энни.

«Надеюсь, в аэропорту все прошло хорошо».

Люк неуклюже набрал ответ указательным пальцем:

«Да. Проронили пару слезинок».

«Ты или Мэй?»

«Оба».

«Как мило… Ладно, Терри уехала — это главное. Не забудь, я возвращаюсь завтра; значит, мы едем в Пентуотер!»

Люк не знал, как сказать Энни, что передумал. Не хотелось встречаться с Энди и что-либо выяснять. Фелисити звала его смотреть праздничный фейерверк. Они постоянно переписывались по электронной почте, но вытащить ее на свидание, пока в доме крутилась Терри, Люк не отважился.

Хотя, может, это шанс узнать правду… Значит, Терри усомнилась в его нравственности? Ладно, он разу-знает все о прошлом ее дочери. Да и как надеяться на отношения с другим человеком, если Люка до сих пор не отпускают навязчивые мысли о былом? Надо выяснить, что там было у Натали с этим Гарнером.