Полумрак - Книга Натаниэля

– Значит так, – сказал Он, выхватывая что-то из пространства, которое не было Ничем, – вот ты во всём виноват.

– А чё я-то сразу?! – воскликнуло существо в очках и свитере.

– Потому что Я так сказал.

– Но я всё равно Ты! Тут всё Ты! Либо Ты, либо Ничто! – кричало существо, пытаясь вырваться и поднимая пыль.

– Не егози, – сказал Господь, – ну чё ты переживаешь. Ну виноват, да. Исправишься. Раз Я всё и Я виноват, а ты Я – значит, ты виноват. Логично?

– Нет, не логично! – крикнуло существо.

– Ну вот ты и будешь главным по логике.

– А чё я-то сразу?! Чуть что, так сразу Хромой! – жалобно сказало Существо.

– Значит так. – Господь приземлил Существо на твердь, отделенную от вод. – Всё, что кому не понравится – твоя вина. Твои козни. Твои проказы и ухищрения. Понял?

– Да чё я-то?!

– А кто ещё?! – Господь развёл руками.

– Ну хорошо, – сказало существо внезапно миролюбиво, – только знаешь что? Это называется паблик рилейшнс. И менеджмент среднего звена.

– Называй как хочешь, – отмахнулся Господь, – только далеко не уходи. Я на тебя скоро буду кричать.

– Господи, – сказал Адам, – ну почему они любят её больше, чем меня?…

– Потому что это мальчики, – сказал Господь, – у них комплекс Адама.

– Почему Адама?! – поразился Адам.

– Потому что Эдип ещё не родился, – сказал Господь, – потом всё станет понятнее.

– Эдип… – сказал Адам задумчиво. – Звучит как имя человека, готового на всё.

– Бойся Электры, – сказал Господь, – дары приносящей. Я тебе уже дал список недоработок? Ты про ногти уже знаешь?

– Привет! – сказал Натаниэль.

– Привет! – сказал Иисус.

– Так, – сказал Натаниэль, сверяясь с блокнотом, – у нас сорок минут. Давай Ты откажешься прямо сейчас, и у нас обоих будет по сорок минут свободного времени.

Повисла пауза.

– Нуу, – сказал Иисус с задумчивым видом, – что значит «откажешься»? Откажешься от чего?

Натаниэль нахмурился.

– Вот этого не надо, Я Тебя пять тысяч лет знаю. С лишним.

– Давай, работай! – сказал Иисус строго. – Нечего! Я же не сказал, что Я не искушусь.

– А Ты искусишься?! – поразился Натаниэль.

– Я сказал, что Я искушусь? – сказал Иисус. – Я сказал только, что Я не сказал, что Я не искушусь.

– Ну хорошо, – сказал Натаниэль, – Ты хочешь царства земные?

– По-моему, ты должен был перенести Меня на вершину храма, чтобы Я видел, как разные народы торгуют и всякое другое великолепие.

– Ну Ты же знаешь, что я не умею, – сказал Натаниэль, – давай сам?

Иисус вздохнул.

– Один раз можно! – сказал Он. – Ну вот мы на вершине храма.

– Это бани, – сказал Натаниэль, – причём римские.

– Я чё, виноват? – сказал Иисус. – Они выше храма.

– Ну вообще есть храмы повыше иерусалимского… – сказал Натаниэль задумчиво.

– У тебя же головокружения! – сказал Господь.

– Очень мило, конечно, заботиться обо мне сейчас. – сказал Натаниэль угрюмо. – Как небеса строить, так «ничего, привыкнешь, я же привык»…

– Так, закончили, – сказал Господь, – не развиваем тему. Предлагай мне царства земные.

– Ну ладно. Хочешь царства земные? – сказал Натаниэль. – Достаточно поклониться мне.

– Хм… – сказал Господь. – А к ним прилагается инструкция на иврите? Гарантия?

– Чего?! – воскликнул Натаниэль.

– Упаковка нарушена. – сказал Иисус. – В общем, считай, что сорвалась сделка. Считай, что Я отказываюсь в последний момент.

– Чего?! – воскликнул Натаниэль.

– Переходим к хлебам. – сказал Иисус. – Тебе нужны камни или ты их так вообразишь?…

– Тьфу, – сказал Натаниэль, – ну вот кто, кто из нас Отец Лжи?!

– Ты, – уверенно сказал Иисус, – Я никогда не вру.

– Знаешь, – сказал Натаниэль, – вот поэтому я пока и работаю у Тебя.

– Ты давай, давай, – сказал Иисус довольно, – переходи к хлебам.

– Погоди, – сказал Натаниэль, листая блокнот, – это вроде должно было быть вначале?

– Ты опять всё напутал, Отец Лжи! – воскликнул Иисус.

– Слушай, поимей совесть, а?! – сказал Натаниэль. – Я пойду и прилягу, а Ты подпиши тут! У меня голова болит.

– Работай, работай! – сказал Иисус. – Я работаю без перерыва почти шесть тысяч лет.

– Ну так я тоже! – воскликнул Натаниэль. – Ну ладно. Искушение первое. Ты хочешь есть. Ты постился сорок дней. Тебе даже не надо представлять, ты действительно постился сорок дней. Ты чрезвычайно голоден. Превратишь ли ты в хлеба камень?

– Не-а. – сказал Иисус. – Спасибо, но на самом деле Я почти не голоден. И в теле приятная такая гибкость образовалась…