Бен Элтон - Светская дурь

В конце концов моим людям удалось затащить меня обратно в гримерную, но я ведь так никого и не снял, и, повторяю, от кокса и экстази у меня был конкретный стояк. Не всех колбасит именно так, но меня в конце дня проперло именно на это. Дело в метаболизме, или что-то в этом духе. Я ни о чем другом думать не мог, чесслово, орал: «Мне нужна девка! Приведите мне девку!» – но мы были заперты в моей гримерной, и все телки были далеко-далеко.

Прикиньте, вы не поверите, но это правда, это самая, блин, настоящая правда. Один паренек из «администрации и персонала» был с подружкой и заявил, что я могу трахнуть ее, если хочу! Это правда).

Он сказал, типа с понимающей ухмылкой:

– Корки счастлива выполнять свои обязанности на лейбле.

Корки, вот как ее звали. Блондиночка, с серьгой в пупке, и ее парень предлагал мне удовлетворить ею голод, как будто она – бутербродик-канапе. И как после этого удивляться, что я на голову больной?

Ну, короче, вот. Знаете, мне не чужды правила приличия, мать их так. У меня в руке был графин водки с апельсиновым соком, и я взял да и шарахнул этого ублюдка по башке. Хлясть! Бабах! Большое спасибо, спокойной ночи. Оказалось, что весь графин не разбился, только ручка отлетела, но звук получился отменный, парень свалился, как последний сраный ублюдок, – кем он и был.

Хотите знать, что сказали другие ребята из «администрации и персонала»?

Собравшиеся выздоравливающие определенно хотели знать. Ради такой истории стоило прогулять работу.

– Они сказали: «Всё в порядке, всё нормально. Мы все уладим…» Не ему сказали, заметьте, не парню, который валялся на полу в луже водки и сока, а мне! «Мы его вытащим и вызовем врача. Это был несчастный случай. Всё в порядке, всё будет нормально». Вот что они сказали. Я только что напал на их товарища, но волновались они обо мне. И защитить пытались именно меня. Еще бы! У меня через две недели начинался тур – двадцать семь крытых арен плюс шесть открытых стадионов, шесть стадионов, и мне в жизни туда не попасть, если меня засадят без права выйти под залог за нанесение телесных повреждений.

– Барри, ты ведь не хочешь сказать, что человек, который угрожал твоей жене, – это офицер полиции? – спросил Питер Педжет, ставя на стол напитки. Он решил выпить большую порцию джина с тоником, в то время как коммандер, как обычно, пил только воду.

– Да нет, полагаю, это он и есть. Я ожидал какой-нибудь расплаты, и вот оно началось.

– Но почему? Мы пытаемся облегчить жизнь полиции, высвободить их время, позволить им заниматься тем, что действительно важно.

– Питер, не будь таким наивным, ради бога. Мы оба знаем, что вокруг полно продажных копов. Продажные копы получают грязные деньги, и большинство из этих грязных денег в нашей стране находятся в руках наркоторговцев и тех, кто с ними связан. – Но звонить с угрозами…

– Я не знаю, был ли это полицейский. Я только подозреваю, что это так. Но если честно, это мог быть кто угодно. В одном только Лондоне есть десятки, возможно, сотни тысяч людей, склонных к насилию людей, которые погорят, если мы сможем легализовать хотя бы некоторые наркотики, начиная от шпаны у школьных ворот и заканчивая мегаимпортером кокса, сидящим на своей яхте в Каннах. То, что угрожают мне, хотя в нашем маленьком крестовом походе более важная персона – ты, наводит меня на мысль, что у них своя программа действий.

– Коррупция в полиции?

– Именно. Звонивший особо выделил коррупцию, а ведь мы как раз и упираем на то, что боевой дух полиции падает из-за невозможности справиться с наркобизнесом. В смысле, закон развращает полицию. Офицеры беспомощны, и некоторые из них скатываются до нарушений закона. Мы раскачаем много лодок.

– Да, но ведь, черт возьми, всем абсолютно очевидно, что мы в любом случае не получим то, чего хотим. В этой стране легализации наркотиков не будет. Посмотри на редакторский материал: меня называют торговцем крэком, а тебя – травокуром из Корпуса мира.

– То, что тебе удалось хотя бы поставить этот вопрос на обсуждение, – уже достаточно плохо для этих людей. Мы ссым в их палатке, Питер.

Член парламента грустно улыбнулся:

– Нужно было выступать за охоту на лис.

– Послушай, возможно, это была просто угроза, и, даже если это и не так, она была направлена не на тебя, а на меня. Я просто хочу сказать, что нужно быть осторожным, вот и всё. Подумай немного о своей жене, оцени ситуацию. Есть ли что-нибудь, что делает тебя лично уязвимым?