Абель Крус - Моя вторая мама (Сериал). Книга 1

- Мама, я буду приезжать к тебе каждый день, - заверила ее Каролина.

- Конечно, если у тебя будет время. Я тебе всегда рада… А если не сможешь, что ж? У тебя есть твои обязанности, я понимаю, - сказала Аманда и, вздохнув, добавила: - Пойду, соберу вещи.

- Прости меня, Каролина, - сказал Херардо, когда донья Аманда скрылась в детской.

- Все правильно, Херардо, - улыбнулась ему Каролина. - Ты все правильно сделал. Так оно и должно быть.

Доктор Карранса заглянул в палату Даниэлы.

- Ну, все в порядке! Вы можете идти домой, - сказал он, довольно улыбаясь.

Даниэла стояла у кровати рядом с Хуаном Антонио и даже уже успела переодеться в строгий темно-синий костюм.

- Да, доктор, спасибо, - Даниэла немного помедлила и сказала: - Вас, должно, быть, удивит то, что я скажу, но я не хочу уходить. Я хотела бы остаться здесь, чтобы быть рядом с моим ребенком.

- Вы можете приходить к нему каждый день. А через две недели он будет дома, - рассеянно сказал врач.

- Наберись терпения, - поддержал его Хуан Антонио.

- С ним правда все в порядке? - спросила Даниэла. - Если бы вы знали, как я волнуюсь.

- Вы каждый день задаете мне этот вопрос, - улыбнулся врач. - Пока все идет нормально. Конечно было бы лучше, если бы он родился вовремя.

- Раньше, чем уйти отсюда, зайдем посмотреть на нашего маленького, - попросила Даниэла.

- Могла бы этого и не говорить. Я и сам не могу на него наглядеться, - ответил Хуан Антонио.

Они вышли из палаты и направились по коридору в отделение для недоношенных. По дороге Хуан Антонио заговорил о Монике, но Даниэла ответила весьма холодно:

- Я благодарна ей за открытки, которые она мне прислала в больницу. Надеюсь, она писала их от всего сердца, а не под твоим давлением.

- Она еще ребенок! Ты не должна к ней так относиться, - нахмурился Хуан Антонио.

- В глубине души я ужасно суеверна. Моника столько раз мне повторяла, что не хочет, чтобы у нас родился ребенок… Еще немного и так бы и было. Я очень нервничаю. И не успокоюсь, пока наш сын не будет с нами, у нас дома. Постарайся меня понять.

Дома Даниэлу и Хуана Антонио встретили Джина, Фелипе, Мария и Дора.

- Моника уже дома? - поинтересовался Хуан Антонио.

- Нет, сеньор, еще рано, она не вернулась из школы, - ответила Мария и, обернувшись к Даниэле, сказала: - Ох, сеньора, все это время бедная девочка проплакала из-за вас и малютки. Она так раскаивается в том, что плохо вела себя.

- И сколько же продлится ее раскаяние? Два дня? До тех пор пока ее подруге Летисии не стукнет опять что-нибудь в голову? И все начнется сначала, - Даниэла резко повернулась, и у нее закружилась голова, она зашаталась. Хуан Антонио усадил ее в кресло. - Я посижу немного в гостиной, прежде чем подняться к себе.

Фелипе галантно поцеловал руку Даниэлы:

- Смотрите, наша больная выглядит чудесно!

- Я тебе не прощу, что ты ни разу не приехал ко мне в больницу, - Даниэла шутливо потрепала его по волосам.

- Я был в курсе всех твоих дел. К тому же… посылал тебе моего представителя, - Фелипе кивнул на Джину.

- Да, мы, женщины, должны быть сильными и здоровыми. А всякие там аварии и болезни нам устраивают мужчины, - усмехнулась Джина.

- Ты все такая же, Джина, - рассмеялась Даниэла, но тут же сморщилась от боли. - Не смеши меня, Джина, а то у меня разойдутся швы.

- Прости, - сказала Джина. - Ты так хорошо выглядишь, что я совсем забыла, что тебе нельзя смеяться.

- Нам надо подумать, как мы назовем нашего сына. Какие будут предложения? - Хуан Антонио вопросительно посмотрел на Даниэлу.

- Я уже придумала, - отозвалась Даниэла. - Мы его назовем Хуан Мануэль. В честь тебя и моего отца. Вам нравится?

- Да-да, очень нравится, - заверил Фелипе.

- Вообще-то мне не очень, - задумчиво сказал Хуан Антонио. - Хуан Мануэль?… Хуан Мануэль… Ну раз ты так решила…

- А Дора назвала сына Игнасио, - вставила Мария.

- Игнасио и Хуан Мануэль будут расти вместе. И будут большими друзьями, - убежденно сказала Даниэла.

Мария довольно заулыбалась.

- Так значит Хуан Мануэль? - спросил Даниэлу Хуан Антонио.

- Да, Хуан Мануэль Мендес Лорентэ, - ответила Даниэла.

- Нет, Хуан Мануэль Мендес Давила Лорентэ, - поправил ее Хуан Антонио.

- А почему ребенок… ой, простите… Хуан Мануэль должен еще две недели провести в больнице? - поинтересовался Фелипе.

- И я о том же спрашиваю. Но что можно поделать? - с горечью сказала Даниэла. - С другой стороны, он ведь должен был родиться только через два месяца, так что две недели - это немного.