Абель Крус - Моя вторая мама (Сериал). Книга 1

- Я тебя люблю. Но предупреждаю, что я очень ревнива. И если ты будешь вести себя, как со своей прежней женой…

- Даниэла, ну что ты!

И они снова обнялись…

Долорес опять улизнула из дома на весь день, не сказав никому, куда едет. Но Мануэль и Ракель не особенно расспрашивали ее - их вполне устраивала возможность остаться вдвоем. И все же, когда она ушла, разговор зашел о ней. Мануэль считал, что беспокоиться не о чем: Лолите с ее энергией и интересом к жизни, можно только позавидовать. Ракель, своими глазами убедившаяся, на что способна его мать, все же немного волновалась. Однако Мануэля заботило другое.

- Ракель, - сказал он, - я все обдумал и считаю, что ждать больше незачем.

- Ждать? Чего? - недоуменно спросила девушка.

- Нам надо пожениться как можно скорее.

- Правильно, - машинально отозвалась Ракель, и вдруг до нее дошел подлинный смысл его слов: - Что ты сказал?

- Давай скорее поженимся, - повторил Мануэль.

- Ты говоришь это серьезно? - Ракель боялась поверить тому, что услышала.

- Конечно, - улыбнулся он.

Ракель была без ума от счастья. На глазах ее выступили слезы. Она подумала о Долорес.

- Лолита будет счастлива, - всхлипнула она.

- Давай пока не будем никому говорить. Пусть это будет сюрпризом для всех.

- Ты хочешь жениться на мне тайком? - подняла на него глаза Ракель.

Мануэль хмыкнул. «Это было бы забавно», - подумал он, но тут же отогнал от себя такие мысли.

- Завтра же мы пойдем и подадим заявление, или как это там называется. И как только все будет готово, сообщим всем, что женились. Ты согласна?

Девушка вздохнула, встала, обвила его шею руками и произнесла, глядя ему прямо в глаза:

- Я согласна на все, что ты предлагаешь. Я люблю тебя, Мануэль.

Если для Ракель посещение кабаре было просто необычным приключением, забавой, то в жизни Долорес оно сыграло более серьезную роль. Мужчина, который подсел к ним за столик, понравился ей. Седой, подтянутый вдовец с мужественным лицом и добрыми глазами также не забыл немолодую, но такую веселую и живую женщину. Его звали Хустино. И именно к нему поехала в тот день мать Мануэля. Они встретились в баре в центре Мехико. Выпив по коктейлю, Хустино и Долорес пошли танцевать. Делали они это так зажигательно, что посетители бара окружили их и, смеясь, аплодировали немолодым людям, умевшим веселиться по-настоящему.

Обмахиваясь платком, Долорес села на стул, который любезно пододвинул Хустино.

- Никогда в жизни так не веселился, - сказал раскрасневшийся мужчина.

- И я тоже, - призналась женщина.

- Ты прекрасно танцуешь, Лолита, - отметил он.

- Я сейчас не в форме, - отмахнулась она. - А ты тоже молодец.

- Стараюсь, - рассмеялся Хустино. - Знаешь, нам надо почаще встречаться.

- Да, да, да! - оживилась Долорес.

Они выпили.

Джина подошла к двери, на которой блестела элегантная табличка: «Бретон и Пенья. Адвокатская контора». Усмехнувшись, девушка решительно вошла внутрь.

- Сеньор Бретон сейчас занят, - сказала секретарша, вставая из-за стола.

Джина, не обращая на нее внимания, направилась к двери в кабинет Фелипе.

- Простите, сеньора, но туда нельзя, - секретарша преградила ей путь.

- Мне - и нельзя? - возмутилась Джина.

Она отстранила секретаршу и буквально ворвалась в кабинет.

Изумленный Фелипе поднялся ей навстречу. Вбежавшая за Джиной секретарша, оправдываясь, сказала:

- Я пыталась ее остановить, лиценциат!

- Хорошо, спасибо, оставьте нас вдвоем, - попросил ее Фелипе.

Когда дверь закрылась, Джина воскликнула:

- Ты что же это прячешься от меня? И чем это ты так занят? Мыслями о подружке с ипподрома?

Фелипе нервно сказал:

- Я не хочу тебя видеть.

Он сделал несколько шагов по офису и раздраженно бросил:

- Ты со своими глупостями у меня вот где, - и он провел рукой по горлу.

- Нам надо поговорить.

- Все уже сказано, - отмахнулся адвокат.

- Тогда зачем ты приходил к Хансу? И как ты смел говорить обо мне гадости, а? - повысила голос Джина.

- Какие гадости? Что ты сочиняешь? - возмутился Фелипе. - Я только сказал твоему немцу, что ты используешь его с целью вызвать во мне ревность.

- Но это ложь! - крикнула девушка.

- Это правда! - так же громко крикнул адвокат.

- Что ты о себе возомнил?

- Ничего. Просто я единственный мужчина, которого ты можешь любить.

Джина захлебнулась от возмущения.

- У меня достаточно большое сердце, в нем найдется место многим. - И, чтобы уколоть его побольнее, она продолжала: - Кстати, тебя я никогда не любила. Я просто развлекалась с тобой.