Сергей Арзуманов - Магистр

Андрей растворился в работе. Как сложную мозаику, начал он собирать свой роман из обрывков фраз, мыслей и новых чувств. То, что раньше давалось с трудом, теперь превращалось в волшебное полотно, он творил без сна и еды.

Андрей писал круглые сутки. Он провалился в роман, находя в нем новые, неожиданные повороты сюжета. Последнюю неделю он не спал вообще, проваливаясь в сон на час, не более. Над последними страницами он бился больше недели. Окончание романа требовало особых слов, но Андрей никак не мог их найти. В отчаянии он заснул на рабочем столе. Ему приснился сон, впервые за многие месяцы он был безмятежным. Ему снилась Она. Она пришла к нему в его квартиру и смотрела, как он пишет книгу. Ни одного слова, жеста или движения. Она безмолвно наблюдала за тем, как его пальцы в бешеном ритме набирают текст на компьютере. И он чувствовал ее всем телом и душой. Ощущение вселенского, огромного, всепожирающего счастья переполняло его, он растворился в этом состоянии, боясь проснуться.

Но гулкое, бескопромиссное московское утро выдернуло его из счастливого сна. Сон не покидал его, и он помнил его почти досконально. Еще никогда сны так не врезались в память. Обычно они быстро растворялись, оставляя смутные очертания. Но только не сегодня. Ему так захотелось ее увидеть.

Андрей ощутил, как жизнь возвращается к нему, как простые человеческие инстинкты и желания овладевают им. Он испытал физическую боль от невозможности увидеть ее, боль, пронизавшую не только душу, но тело. Он мысленно вызвал Магистра и упал от истощения.

Когда он очнулся, Магистр сидел в кресле с бокалом вина и загадочной улыбкой.

— Мой друг, у вас не больше часа.

— Не больше часа? — недоуменно спросил Андрей. — Не больше часа для чего?

— Для встречи с Ней.

Андрей, начинавший привыкать к чудесам, даже не пытался выяснить, почему Она идет к нему и кто си рассказал, как его найти. Он уже понимал, что такие вещи для Магистра были пустяком. Теперь его больше всего волновал собственный вид и вид его квартиры.

Андрей открыл шкаф и с удивлением обнаружил там темно-коричневый двубортный костюм. В спешке примерил. То, что он увидел в зеркале, ему понравилось. Он давно не носил костюм, просто потому, что его некуда было надевать. Впервые за долгие годы он ощутил чувство уверенности в себе, чувство превосходства над жизненными обстоятельствами, которые раздавливают обычного человека раз и навсегда.

И это чувство возникло в нем не на пустом месте. Его книга понадобилась каким-то могучим силам. Значит, и его жизнь теперь чего-то стоит. «Забавно», — подумал Андрей. Раньше он бы сказал: «Моя жизнь обретает смысл», теперь он подумал: «Моя жизнь чего-то стоит», как раз в духе времени и напутствий Краснова. Простые чувства и инстинкты начали пробуждаться в нем. Он так остро почувствовал потребность любить, что одиночество вызвало у него животное отвращение.

Как он мог жить один, как можно было потерять свою любовь и не пытаться ее вернуть. Одиночество — это преступление человека против себя самого. Андрей был поражен своими откровениями. Он становился другим человеком, но, как это ни странно, он становился ближе к себе. У него было ощущение, что он наконец становится именно самим собой. Именно тем, кем он и должен был стать. Чувства и желание перевернуть весь мир начали расцветать в нем с чудовищной силой.

Его мысли прервал Магистр, голос которого он услышал:

— Итак, Она у порога, открывай двери.

Андрей мигом оказался около двери и распахнул ее в тот момент, когда Она поднималась на последнюю ступеньку. Их взгляды встретились так, как горизонт Земли встречается с краем моря. Андрей ощутил себя океаном, огромным и бурным, способным на все в этом мире. Она ничего не сказала, но глаза, ее глаза… Это так бывает — счастье, вымученное горем. Он сразу понял, что ничего говорить не надо. «Это любовь с первого молчания», — подумал он про себя.

Утром Андрей проснулся от теплого дыхания. Он открыл глаза и увидел ЕЕ, спящую на его руке. Рука затекла, и он ее уже почти не чувствовал, но, как всякий влюбленный, боялся пошелохнуться. Он думал, что после стольких лет разлуки, нужно будет что-то говорить, объяснять, просить прощения и прощать самому, а, оказывается, ничего этого не нужно.

Андрей долго рассматривал ее лицо. Они не виделись тринадцать лет. Он целовал ее тихо, боясь Разбудить, покрывая поцелуями голову, шею, волосы. Вдруг его пронизал страх — она проснется, Увидит все в утреннем свете и вернется к мужу. Не Успела эта мысль пронестись у него в голове, как он не поверил собственным ушам, услышав: