Анна Безелянская - Алгоритм любви

Я бал люблю!.. отдайте балы мне!

("Искушение")

Только женщина, душа которой жаждала праздника, душа которой хотела петь. И она выплескивает себя в стихах, по которым можно проследить всю ее жизнь. Она очень искренна в этом своеобразном дневнике, но...

Но только я люблю, чтоб лучших снов своих

Певица робкая вполне не выдавала,

Чтоб имя призрака ее невольных грез,

Чтоб повесть милую любви и сладких слез

Она, стыдливая, таила и скрывала...

(1840)

Так она советует в стихотворении "Как должны писать женщины". А когда ее обвиняют в излишней сентиментальности, говорят, что ее стихи слишком женские, она не отрекается от своего женского естества, она его воспевает:

Но женские стихи особенной усладой

Мне привлекательны; но каждый женский стих

Волнует сердце мне, и в море дум моих

Он отражается тоскою и отрадой.

Когда же хор критиков становится агрессивным, она отвечает "по-мужски":

Сонм братьев и друзей моих далеко.

Он опочил, окончив жизнь свою.

Немудрено, что жрицей одинокой

У алтаря пустого я стою.

Кто же она, эта одинокая жрица? Знакомьтесь - графиня Евдокия Петровна Ростопчина, замечательная русская поэтесса. Она родилась 23 декабря 1811 года (4 января 1812 года) в Москве, в особняке своего деда по матери Ивана Александровича Пашкова на Чистых прудах. Шести лет девочка потеряла мать, та умерла от туберкулеза. А отец, Петр Васильевич Сушков, редко бывал дома, в основном был занят работой. Девочка находилась на попечении деда, бабушки и многочисленных тетушек. Росла в любви, холе, богатстве. Ее воспитывали для света, а потому дали прекрасное домашнее образование. Додо - так звали ее дома - знала европейские языки, много читала, музицировала, рисовала. Барышни в то время вели дневники, это была возможность выразить себя, познать себя, приучиться анализировать. Чтение Шиллера, Байрона, Жуковского, Гёте развили в Додо мечтательность, захотелось высокого, пылкого чувства. Незаметно девочка начала писать стихи. До нас не дошли ее первые опыты. Известно, что писать она начала в 12 лет. Сохранилось ее стихотворение "К страдальцам", написанное в 1827 году и посвященное декабристам. Надо сказать, что впервые оно было опубликовано только... в советское время: 16-летняя девочка пишет:

Пусть вас гнетет, казнит отмщенье самовластья,

Пусть смеют вас винить тирановы рабы,

Но ваш тернистый путь, ваш крест - он стоит счастья,

Он выше всех даров изменчивой судьбы.

Дети всегда вырастают вдруг. Вот и прелестный ребенок превратился в прекрасную девушку. Зима 1828 года особенная в ее жизни. Кончилось детство, впереди новая жизнь. Взрослая (!) жизнь, полная тайн и соблазнов... Впереди первый бал! Вы, уважаемый читатель, помните, конечно, страницы "Войны и мира", посвященные первому балу Наташи Ростовой. Перечитайте их еще раз, и вам станет понятным состояние нашей героини. Она не могла сдерживать своего восторга, своей радости, звонкой, как весенняя капель:

Двенадцать бьет, двенадцать бьет!

О, балов час блестящий...

Успех был необыкновенный. Она закружилась в танце, в вихре приемов, маскарадов. Поклонники, выгодные партии, блестящие предложения. Это время было самое упоительное, самое волшебное.

Ей нравилось казаться итальянкой. Живая, остроумная. Смуглое лицо, карие глаза, черные блестящие волосы. Такой она предстает на одном из портретов. А то ей вдруг захочется предстать богиней, украшенной цветами. Художники с удовольствием писали ее. Особенно она любила работы Тропинина и Федотова.

На балу у московского генерал-губернатора князя Д. В. Голицына она знакомится с Пушкиным:

Он с нежным приветом ко мне обращался,

Он дружбой без лести меня ободрял,

Он дум моих тайну разведать желал...

Счастье успеха, такого естественного в "осьмнадцать лет", было омрачено несостоявшейся любовью. Князь Александр Голицын, человек благородный, был наделен душой возвышенной и поэтической. Но бабушка Додо решила, что этого мало для ее внучки, и настояла на другой партии - граф Андрей Ростопчин, сын генерал-губернатора Москвы времен Отечественной войны 1812 года.

Додо в замешательстве, ведь она влюблена в князя Голицына. Но только ли в него? О юное создание! В феврале 1830 года она пишет стихотворение "Когда б он знал!":

Когда б он знал, как дорого мне стоит,

Как тяжело мне с ним притворной быть!

Когда б он знал, как томно сердце ноет,

Когда велит мне гордость страсть таить!..

И совсем горькое понимание, что