Виталий Дёмочка - Строгий режим

— Тише, прошу тебя.

Она ненадолго замолчала, пока он вновь не увеличил темп. Но не успела она застонать громче, как Бандера резко дёрнулся и затих, прижимаясь к ней всем телом. Даже он сам чувствовал, с какой силой выплёскивается в неё струя, и зарывшись в её распущенных завитых волосах, он потихоньку застонал.

Но она не дала ему долго отдыхать, так как сама была не удовлетворена. Постояв с минуту, стала делать движения тазом навстречу ему. Бандера побоялся, что его «друг» не сможет уже сейчас, потому что тот стал обмякать прямо в ней. Но, видимо, от слишком долгого воздержания тот быстро воспрял духом, едва Бандера начал делать движения, и на второй заход пошёл не вынимая. В этот раз он зарядил надолго.

Плетень уже начинал нервничать, расхаживая по отстойнику. Уже прошло полчаса с окончания ужина, а Василич всё не появлялся с долгожданной Ольгой. Олег уже начинал думать, что его кинули. Или просто обманули, потому что деньги он не отдавал ещё. И от этих мыслей возбуждение от предчувствия встречи уже начинало проходить. Когда он уже не выдержал и постучал в кормушку, чтобы позвать корпусного, вместо ожидаемого дежурного открылась дверь и на продоле стоял сам Василич. Взглянув на Плетня, он стал смотреть в сторону выхода с этажа.

«Всё, закинут щас всё-таки с этапа кого-нибудь, поэтому и не привёл Ольгу», — пронеслось в голове у Олега и настроение упало окончательно, даже злиться начал на попавшихся на этапе красных или петухов, ещё не видя их, и сплюнул от досады. Но когда на пороге появилась девушка: его сердце радостно забилось и он подскочил к двери.

— У тебя час, — напомнил Василич, — потом уже к проверке надо готовиться, так что укладывайтесь.

— Да-да, конечно, — пролепетал Олег, протягивая корпусному деньги. Он даже не стал уточнять, куда именно укладываться, в один час или в «койку».

Как только дверь закрылась, он обернулся на девушку и только теперь её рассмотрел. Она была растрёпана и тяжело дышала, как будто бежала сюда бегом. При тусклом освещении всё же было видно у неё под глазами потёки дешёвой косметики и складывалось ощущение, будто она так быстро бежала, что ветер в лицо был сильным и вызвал слёзы. Помимо всего этого, она была ещё и несколько полновата и у неё отсутствовала талия.

— Ты Ольга? — неуверенно спросил Олег.

— Да-а, — удивлённо ответила она, тяжело дыша. — А ты?

— Олег, — так же удивленно ответил он.

— Олег? — ещё больше открыла она глаза и кивнула куда-то в потолок. — А там кто был?

— Где? — не понял Олег.

Она замолчала, но рот у неё был открыт и она смотрела на него, пытаясь привести дыхание в норму.

— Нигде, — вдруг произнесла она и, подойдя к нему, обняла за пояс. — Ну, вот и увиделись, Олег.

Плетень тоже положил руки ей на пояс, но в её движениях и даже в её голосе он чувствовал большую вялость. Дыхание её немного выровнялось, но сердце продолжало биться.

— Ты что, бегом ко мне бежала? — спросил Олег. Он не ожидал, что Ольга окажется далеко не той красавицей, что он ожидал увидеть, и уже вставший было член начал потихоньку опускаться.

— Да, к тебе спешила, — прошептала она с улыбкой, но без всякой страсти, прижимаясь к нему и целуя его шею.

— А ощущение такое, как будто тебя трахнул кто-то только что, — пытался пошутить он, но улыбка далась ему с трудом.

— Дурачок, — весело сказала она и засунула руку ему в штаны.

Олег сразу почувствовал возвращающееся возбуждение и стал гладить её по груди и животу. Одновременно он подводил её к заправленному чистым бельём матрасу. Закрыл глаза, чтобы её неважный вид не сбил его возбуждение, и уложил её на спину, забыв даже о презервативах. Добравшись до её уже оголённой груди, он стал целовать её соски, опуская вторую руку по животу всё ниже и ниже. Но когда он оттянул её штаны и засунул руку в её промежность, ему показалось, что он угодил в бочку солидола. Внутренние поверхности бёдер были такими мокрыми и склизскими, что ему сразу стало противно. Всё возбуждение и даже настроение как рукой сняло.

Резко выдернув руку из её промежности, Олег быстро поднялся и подскочил к умывальнику. Он старался не смотреть на руку. Но в последний момент, в надежде, что это всего лишь кровь от месячных, взглянул на неё.

Повисшие на руке и пальцах сопли специфического вида вызвали у него рвотный рефлекс, но он с трудом сдержался. Помыв под краном руку, он достал мыло и стал ещё раз тщательно её намыливать.

— Ты что, не натрахалась ещё, что ли?! Ждёшь лежишь, бля, — бросил Плетень раздражённо всё ещё лежащей на матрасе девушке.