Арсения подстригли покороче, высветлили несколько прядей надо лбом (все это под активное сопротивление и неубедительные ультиматумы: «Что я вам, Пенкин, что ли, чтобы волосы красить?!»). Волосы ему подкрасили под седину – и сразу в его лице появилась некоторая искушенность зрелости. Молодое смуглое лицо, улыбающиеся карие глаза, и две яркие седые пряди. Демонический получился образ, нечего сказать.
Стилист настоял на том, чтобы Арсений показал ему свою повседневную одежду. Не без гордости «таракану усатому» была продемонстрирована лучшая часть гардероба – дорогие стильные шмотки, купленные им на деньги Марка Коннорса и мистера Коньо. Со спокойной улыбкой опытного родителя, отбирающего у ребенка вредную, но вожделенную шоколадку, стилист сгреб вешалки в охапку и упаковал их в неряшливый пластиковый пакет.
– Что вы делаете? – опешил хозяин эксклюзивных нарядов от Унгаро, Кельвина Кляйна и Миу-Миу.
– Такое ты носить не можешь, – охотно объяснил стилист. – Не волнуйся, я помогу тебе продать эти вещи в хороший секонд-хенд. Ты, конечно, немного потеряешь в цене, но…
– Да вы с ума сошли! Это же классные вещи, очень дорогие.
– Я понимаю. Но это одежда для легкомысленного бездельника, а ты теперь должен выглядеть как настоящий денди.
– Что мне теперь, одни костюмы носить, что ли?
– Совсем не обязательно. Но и прозрачные драные лохмотья ты носить не будешь. Если хочешь, конечно, работать с нами.
Было в этом «если хочешь, конечно, работать с нами» нечто угрожающее – снисходительное предупреждение заставило Арсения умолкнуть. Беззвучно матерясь, он смотрел, как усатый брезгливо заталкивает в пакеты лучшую его одежду. Он чувствовал себя Золушкой, которую опытная фея собирает на первый бал. Только вот на балу том он едва ли встретит кого-то, кроме похотливых принцев да престарелых принцесс.
Стилист был только первым из многочисленных пренеприятнейших персонажей, вторгшихся в незамысловато праздную жизнь Арсения. Бойко нанял для него преподавателей по английскому языку, этикету и технике речи. Последнего Арсений ненавидел больше других – тот заставлял его бесконечное количество раз повторять скороговорки. Дрова на траве, проклятая шоссейная Саша с сушкой и «выколоколенные» колокола долго потом ему снились.
Только через несколько месяцев Петр наконец решил, что Арсений вполне готов.
– Ну вот, ты справился, – сказал он, рассматривая преобразившегося Арсения. – Честно говоря, я сомневался. Но ты не подкачал.
– Значит, мои мучения позади?
– Только впереди.
Ох уж эта многообещающая улыбка чеширского кота! Как не шла она Петру Бойко и его гнилым желтым зубам. Может быть, ненавязчиво предложить ему телефончик дантиста, к которому Арсений раз в сезон ходит отбеливать зубы? Преподаватель этикета убьет его за этот пассаж.
– Только впереди, милый. Газеты и книги тебе теперь придется читать всегда. Фильмы смотреть – тоже. Как только появляется стоящая новинка, ты тут как тут… Ладно, не буду читать тебе мораль. У меня для тебя приятная новость.
– Вот как?
– Есть у нас клиентка, Роза Карманова, из древнего дворянского рода. Правда, ей уже под шестьдесят, но зажигает, как пятнадцатилетняя. Так вот, она от тебя в восторге…
Для обеда с Кариной Дрозд он выбрал малоизвестное марокканское кафе «Сулима». Зеленый чай в больших глиняных кружках, россыпь экзотических сладостей (только бы зубы об эти орехи в патоке не переломать), интимный полумрак бархатной ниши – что еще нужно для свидания с той, чье лицо знает вся страна? С одной стороны, место не из дешевых, с другой – народу мало, стало быть, в планы его не входит засветиться со знаменитостью.
Карина пришла принарядившись. Опять в мини – издалека может сойти и за модель. Светло-бежевое шелковое платье подчеркивает загар. Вокруг щиколотки – тонкая золотая змейка.
– Привет!
Веселый чмок в уголок губ. А глаза-то, глаза-то как светятся!
– Выглядишь волшебно, – не покривил душой Арсений.
– Потому что влюблена, – сказала она.
Он проглотил чуть больший кусочек рахат-лукума, чем было задумано, и подавился. Что она говорит? Разве такое можно говорить мужчине? Мужчина должен чувствовать себя охотником, а не жертвой.
– Не пугайся. – Она погладила его по руке. – Знаешь, в чем разница между понятиями любовь и влюбленность?
– В чем же?
– Любовь спокойная. Она молчит и думает о чем-то. Она счастливая и тихая. А влюбленность – это болезнь. Носится по квартире, переставляя вещи с места на место. Именно этим я вчера и занималась, вместо того чтобы отдыхать. Влюбленности есть о чем поговорить, любви есть о чем помолчать.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу