wasy - Просто wasy и Спартак

Постят в основном инетпиздоболы. Среди условных Яйцеголовых, или Белых воротничков, самые яркие представители этой славной и сплочённой категории.

Одним из наиболее колоритных является условный Кликуша.

Он постоянно орёт и каркает, что всё проёбано и безвозвратно утеряно.

Кусочек сыра уже выпал изо рта и давно съеден — условная Патрикеевна кокетливо примеряет новую шубку.

А вот условный Волк рычит на почтеннейшую публику и тоскливо воет о временах оных, вспоминая, когда вместе с Папашей они поедали невинных младенцев.

Но на условного Банщика особо не порычишь, свежевыстиранные простыни отглажены и стройными висяками выставлены на просушку между страниц Книги.

Условный Пётр глумится и отплясывает лихую цыганочку — «там шум, там дым, там бубна звон».

Это в трактире условного Папы Карло условный Стёпа колдует над условным молочным поросёнком.

В углу условные Отказники глушат хань, далеко не условную.

Но нет среди них условного Театрала, он пробивает драмкружки многочисленных мухосрансков, попутно дегустируя бормотуху с мудрёным названием «Алиготэ Шато».

По возвращении на Книгу Театрала условный Папа Карло и мы все прослушиваем краткий курс лекций о вонючести сыров, в зависимости от толщины их нарезания.

Условный Коммунист, вместе с молодыми товарищами по партячейке, вальяжно наблюдает со стороны за происходящим на Книге.

Особо переживать не надо — условный Рупор всегда готов донести до масс политику партии и правительства.

Но народ не проведёшь на мякине, условный Путешественник всегда готов поделиться последним шмотком сала, в крайнем случае головкой лука средних размеров.

После таких подарков хочется всех послать на хуй, что и делает с переменным успехом условный Городской Сумасшедший.

Условный Монархист любит сыграть на бильярде и спеть: «Боже, храни Папашу!»

Вместе с ним условный Переводчик и условный Учитель зомбируют Книгу мудреными словами, которые без соответствующей высокой стаканоподачи хуй выговоришь.

Условный Компилятор заносит над нами карающую длань очередной мессаги от Классика. Бедный Классик переворачивается в гробу, а витиеватые цитаты проносятся над головами ВВшников, как тень от мужика с огромным хуем наперевес, нависшая над их невинными жопами.

Ёпрсты всех мастей скабрезно лыбятся, кривой бывает не только трансляция футбола, дорогие друзья!

Среди условных Надомников наиболее плодовит условный Незабавный Дедушка. Он высоко сидит и далеко глядит.

«Завтра будет лучше, чем вчера», — сообщает условный Незабавный Дедушка, ведя условную перекличку с условным Рупором, хотя партии и правительства у них сильно разнятся.

В этой же плеяде условный Философ, который имеет то, что имеет, и видел то, чего не видел никто. Стряхивая пыль с ветхозаветных книг, мы вместе с условным Философом полемизируем хуй знает о чём с условным Незабавным Дедушкой.

Условный Полухохол попивает коньячок, а мы вместе с ним — водочку, иначе невозможно дочитать сей замысловатый опус до конца.

Условный Алигарх ловит вот такую рыбу, а условный Компилятор нанизывает на эту рыбу тонны словесные и рассказы юности былой. Кислые щщи уже сварены, в кастрюльке ароматное варево — мессага суточная, свежепотрошённая с матерком трёхэтажным.

Условный Шеф употребляет Наташеньку прямо на глазах у Книги — жалко, у монитора нет обратной связи.

Хорошо ещё — на подоконник Книгу не подложил, роста условный Шеф среднего, как и его посты, впрочем.

Условный Юный Пионер выдавливает прыщи в туалете, доступ на Книгу ему закрыт, как в женскую баню.

Условная Девушка приносит нам неповторимый шарм женских мыслей, дети и супруг не помеха. Так и слышится забота с материнской чуткостью, среди перезвона кастрюль и звона условных стаканов.

Добрая Администрация любит щегольнуть модными кишками, но валить условного Симулянта в атщётах — кишка тонка.

А вот злая Адмистрация хватает условного Симулянта за сусалы и прямиком отправляет по назначению — к инетпиздоболам, самопровозглашённому «Абсолюту» и вьетнамскому ширпотребу, где ему самое место.

Вот и довелось тебе, вася, поручкаться с ВВшниками, или Жалкая попытка атщёта о выезде в Мюнхен в октябре 2001 года.

«Тока прилетели, сразу сели» — пить пиво с Удалым.

Разминка началась задолго до разминки. Чуть позже подтянулись другие ВВшники.

«Какие глыбы, какие матёрые человечища» — тут вася понял, что значок клуба «За 100» он может увидеть как от хуя уши.