Маша Царева - Красотка для подиума

Мое лицо словно огнем ожгло. Как будто бы тысячи крошечных комариков решили одновременно атаковать мои щеки, подбородок, лоб. Как будто бы кто-то невидимый сдирал с меня кожу.

– Мамочки, – взвизгнула я, хватаясь за лицо, – что это?

– Что случилось? – Тамара, занимавшая соседний столик, удивленно повернулась ко мне. И вдруг ее голос, обычно спокойный и лишенный эмоций, сорвался на крик. – Помогите! – заблажила наша тихоня. – Кто-нибудь, скорее сюда! Настя, что ты наделала?!

А я и сама не могла понять, что происходит. Да, лицо мое атаковала внезапная боль необъяснимого происхождения, но это была не та адская, невыносимая боль, от которой стираешь зубы в порошок. Нет, я могла говорить, думать; в конце концов я догадалась даже повернуться к зеркалу. Вот тут-то нервы мои и сдали. Еще минуту назад из золотистого зеркала на меня смотрела красавица, сияющая от предвкушения победы. Теперь же ее место занял монстр, по сравнению с которым Фредди Крюгер показался бы невинным героем комикса. Мое лицо приобрело цвет спелой вишни – казалось, из каждой поры сочится липкая теплая кровь.

– Что тут у вас? – Над моим ухом раздался низкий деловой голос Лены Штиль.

Положив руки мне на плечи, она резко развернула меня к себе. И тут же отдернула ладони, как будто бы я и впрямь была отвратительным чудовищем.

– Боже, что это? Что ты наделала? – Она зажала ладошкой рот. – Немедленно! Кто-нибудь, вызовите врача!

Стриженая Тамара скинула туфли и прямо босиком бросилась к проходной – в казино не пропускали с мобильными телефонами.

– Не знаю. – Из моих глаз хлынули слезы обиды и непонимания. Я поморщилась – соленые ручейки разъедали воспаленную кожу. – Я сама не могу ничего понять, честное слово….

– Девочки, кто был рядом? – пришла в себя Лена. – Кто видел, что с ней произошло?

– Ничего… – помотала головой вернувшаяся Тома. – Она просто стояла… Пудрилась. А потом я повернулась и… вот. – Она сглотнула и замолчала.

Лена схватила с моего столика пудреницу и подозрительно заглянула внутрь. Потом, отшвырнув в сторону пуховку, осторожно дотронулась кончиком пальца до ее содержимого и тут же с коротким «ой!» отдернула руку. На подушечке пальца выступила кровавая капелька.

– Это стекло, – мрачно сказала Лена, слизывая кровь, – кто-то подмешал в ее пудру стеклянную крошку.

Все потрясенно молчали. Девушки-участницы обступили нас плотным кольцом. Кто-то уже был одет для показа шуб, кто-то пребывал в полуразобранном виде.

– Признавайтесь, красавицы, – сказала Лена, – это сделал кто-то из вас.

Мне вдруг вспомнилась предконкурсная выходка Николь. Несколько недель назад, на примерке платьев, я насмешливо пожелала ей вылететь сразу после конкурса купальников. А она ответила, что так это не оставит. Или что-то в этом роде. Но кто мог ожидать, что она это всерьез?

– Я знаю, кто это сделал, – сказала я, прижимая к лицу бумажную салфетку, – это Николь Самыкина.

– Я?! – Впервые я слышала, чтобы уравновешенная Снежная королева говорила так эмоционально. – Ты с ума сошла?! Да я бы никогда…

– Заткнись, – тихо сказала Лена. – Настя, почему ты думаешь, что это именно Николь?

– Потому что Николь ее ненавидит, – подсказала Лизка, – это всем известно.

– Она мне угрожала… И сегодня перед самым выходом сказала, что ничего у меня не выйдет.

– Да! Сказала, – оправдывалась раскрасневшаяся от волнения Николь, – но это ничего не значит! Мало ли кому я чего сказала!

В этот момент в дверях показался администратор казино – оказывается, на улице уже ждала меня «Скорая помощь». Врачей отказались пропускать внутрь, чтобы не волновать публику. Администратор вызвался меня проводить.

Кто-то набросил мне на плечи свитер и помог сунуть ноги в джинсы и сапоги.

– Ладно, успокойтесь, девочки, – вздохнула Лена. – Николь, живо переодевайся. Мы попробуем это выяснить. В крайнем случае, можно обратиться к моему знакомому следователю.

Администратор казино обнял меня за плечи и увлек в сторону выхода. От двери он обернулся и сонным голосом сказал:

– Зачем же нам здесь милиция? Все гораздо проще. Во всех помещениях казино, в том числе и в гримерной, установлены видеокамеры. Мы можем запросить у службы безопасности кассету.

Остаток дня я провела в больнице. Посмотреть на изуродованную манекенщицу сбежался весь персонал. Мне было все равно – еще в машине «Скорой» мне вкололи что-то успокоительное, и теперь мне казалось, что я отделена от остальных людей толстым стеклом.