Ирвин Уоллес - Чудо

Мадам Готье оборвала ее на полуслове:

— И когда же вы желаете приехать?

От неожиданности Аманда начала заикаться:

— Я… я… я хотела бы как можно скорее. Если можно, сегодня во второй половине дня.

Мадам Готье предупредила:

— До пяти меня не будет. Приезжайте в пять.

Аманда спросила адрес и получила ответ.

— Тут каждый знает, где я живу,— пробурчала мадам Готье. — Как проедете Мезон-Бюр, так сразу за ним.

Она брякнула трубку, не потрудившись выслушать от Аманды слова благодарности.

Въехав в Бартре, Аманда увидела, что этот поселок и деревней-то назвать трудно. Перед ней была горстка покосившихся домиков, стоящих по обе стороны дороги. Ни главной улицы, ни магазинов. Никаких признаков предпринимательства. Озираясь в поисках хотя бы какого-то ориентира, Аманда случайно взглянула на часы на приборном щитке. Времени было четыре часа тридцать две минуты, а мадам Готье не будет дома до пяти.

Аманда задумалась над тем, как провести оставшееся время. Она приближалась к старой церкви, через дорогу от которой примостилось кафе с вывеской «А LA PETITE BERGERE». Эта надпись, означавшая «У маленькой пастушки», звучала многозначительно. Тут ни у кого не должно было остаться сомнения в том, что он находится на земле Бернадетты. Кафе обещало отдых и возможность выяснить, как добраться до жилища мадам Готье.

Припарковавшись у изгороди, тянущейся вдоль двора местной школы, Аманда подошла к кафе и села за столик на улице. Рядом тут же возникла молодая официантка. Аманда заказала кофе-эспрессо и поджаренный белый хлеб с маслом. Она сидела в ожидании заказа, потом медленно потягивала эспрессо, хрустела гренком. И все это время обдумывала стратегию будущего общения с мадам Готье, а вернее, пыталась определить свои основные цели.

Закончив есть, она взяла со стола принесенный чек, подозвала официантку, расплатилась и спросила молоденькую женщину, не знает ли та, как проехать к мадам Готье. Официантка указала рукой в том направлении, откуда Аманда только что приехала:

— Там, за изгибом дороги, вы увидите Мезон-Бюр, сельский дом, в котором жила Бернадетта. Сейчас там музей. А сразу за ним — дом мадам Готье. Самый новый из тех, что стоят при дороге. Вы что, к богачке этой собрались?

Аманда кивнула:

— У меня с ней назначена встреча.

Официантка хмыкнула:

— Вы, должно быть, какая-то особенная. Иначе она с вами и разговаривать не стала бы. Что ж, желаю приятной беседы.

Зажав сумочку под мышкой, Аманда втиснулась в «рено». Настроение несколько поднялось, и все-таки при мысли о предстоящей встрече было чуть-чуть боязно. Она развернулась и двинулась в направлении, указанном официанткой.

Проезжая мимо горстки домов, она безошибочно определила, какой из них — Мезон-Бюр. Да, это был старый дом семейства Лаге. Когда-то давным-давно, сидя возле него, тринадцатилетняя Бернадетта мечтала о лучшей жизни. Было это за месяц до ее возвращения в Лурд и вознесения на вершину вечной славы. До чего же странная история, подумалось Аманде. Может быть, удастся разузнать об этой истории побольше, причем в ближайшее время?… Аманда медленно поехала дальше.

Найти обитель мадам Готье не составило труда и без точного адреса. Это было наверняка самое новое и роскошное строение в округе. Двухэтажный дом, покрытый серой штукатуркой и щеголявший свежевыкрашенными зелеными ставнями, стоял почти у вершины небольшого холма. К входу вела, изгибаясь, мощеная подъездная дорожка. Проехав по ней, Аманда остановила автомобиль у самого крыльца.

Рост женщины, которая открыла дверь на звонок, составлял чуть больше метра пятидесяти. Как видно, она только что вернулась из парикмахерской. Сноп волос бледно-лилового цвета смотрелся на ее голове словно стальной парик. Зрачки были неправдоподобно увеличены толстыми линзами очков. Нос похож на ястребиный клюв. Губы злобно поджаты. Этакая костлявая Горгона.

Женщина лишь слегка приоткрыла дверь, чтобы сперва изучить гостью сквозь щелку.

— Так это вы мадам Клейтон из Лурда?

— А также из Соединенных Штатов,— добавила Аманда.— Мадам Готье?

— Входите.

Аманде пришлось протиснуться сквозь неохотно приоткрытую дверь, а потом подождать, пока мадам Готье не закончит возиться с тяжелым дверным засовом. Через полутемную прихожую хозяйка провела Аманду в скудно обставленную гостиную, где сиротливо стояли несколько подделок под мебель эпохи Людовика Четырнадцатого. Мадам Готье жестом велела Аманде сесть на жесткую кушетку, а затем поставила перед ней низкий стул с прямой спинкой и уселась на него с видом инквизитора. Еще раз окинула гостью взглядом с головы до ног.