— Вот именно этого я и хочу.
Дальше я уже ничего не помню, разве только ощущение полузабытья, перешедшего в тошнотворную головную боль.
Первое, что я вижу, открыв глаза, — это мои старые ходики, лежащие на тумбочке у кровати. Странное ощущение испытываешь, взяв в руки собственное сердце. Кукушка, припудренная пылью, онемела навсегда. Я чувствую себя призраком, спокойно покуривающим сигаретку на своей могильной плите, — с той лишь разницей, что я пока еще жив. На мне какая-то пижама, а в вены воткнуты две трубочки, — неужели мне придется вечно таскать их с собой?
Разглядываю свое новое сердце: стрелок никаких нет, работает бесшумно. Сколько же времени я спал? С трудом встаю на ноги, все кости болят. Мельеса нигде нет, за письменным столом сидит незнакомая женщина в белом халате. Верно, его новая красотка. Я жестом подзываю ее. Она вздрагивает, словно увидела привидение, у нее даже руки трясутся. Я думаю: наконец-то и мне удалось хоть кого-то напугать.
— Ох, как я счастлива, что вы поднялись! Если бы вы знали…
— Я тоже счастлив. А где Мельес?
— Присядьте, я должна вам кое-что объяснить.
— Мне кажется, я пролежал не меньше ста пятидесяти лет, так что позвольте мне постоять хоть несколько минут.
— Честно говоря, вам бы лучше выслушать меня сидя… Мне нужно сообщить вам нечто важное. То, о чем никто не решался говорить с вами до сих пор.
— Где Мельес?
— Он уже несколько месяцев как вернулся в Париж. А меня попросил ухаживать за вами. Знаете, он вас очень любит. И его все время мучила мысль, что часы так действуют на ваше воображение. Когда с вами произошел тот несчастный случай, он не мог себе простить, что не открыл вам правды о вашем подлинном устройстве, хотя вряд ли это изменило бы ход событий. Но теперь вы должны все узнать.
— Какой несчастный случай?
— А вы даже не помните? — грустно спрашивает женщина. — Это было в Марбелье, вы пытались вырвать часы, вживленные в ваше сердце.
— Ах да…
— Мельес собирался вставить вам другое сердце, чтобы поднять настроение.
— Только чтобы поднять настроение?! Да ведь мне грозила смерть!
— О, всем нам кажется, что разлука с любимым человеком грозит смертью. Но когда я говорю о вашем сердце, я имею в виду только механику. Так вот, выслушайте меня внимательно. Я знаю, вам будет очень трудно поверить в то, что я скажу…
Она садится рядом со мной, сжимает мою руку. Я чувствую, что она дрожит.
— Дело в том, что вы прекрасно могли бы жить без этих часов — и без старых и без новых. Они не оказывали никакого воздействия на ваше физическое сердце. Это не настоящий протез, а всего лишь плацебо, которое, с медицинской точки зрения, ни на что не влияет.
— Но… этого не может быть! Тогда зачем бы Мадлен затеяла все это?
— Наверняка в психологических целях. Думаю, она хотела уберечь вас от своих собственных демонов, как это делают тем или иным образом многие родители.
— Ну, теперь-то мне ясно, почему она советовала мне обращаться за помощью к часовщикам, а не к докторам. Вы просто не разбираетесь в этой области медицины, вот и все.
— Я знаю, вам трудно с этим смириться, слишком уж это неожиданно, но сейчас, простите за такую метафору, пора перевести стрелки ваших часов на реальное время — если вы хотите начать жить по-настоящему.
— Я не верю ни единому вашему слову!
— Вполне естественно, ведь вы всегда слепо верили в свою историю с сердцем-часами.
— Откуда вам известна моя история?
— Я о ней прочитала… Мельес описал ее вот в этой книге.
На обложке название: «Человек-трюк». Я торопливо перелистываю страницы, пробегаю глазами рассказ о нашей эпопее, о путешествии через Европу. Гранада… Встреча с Мисс Акацией… Появление Джо…
— Только не нужно сразу читать конец! — внезапно говорит она.
— Почему?
— Для начала вы должны свыкнуться с мыслью, что ваша жизнь не зависит от ваших часов. Только таким способом вы сможете изменить конец этой книги.
— Никогда не смогу поверить и уж тем более свыкнуться…
— Вы потеряли Мисс Акацию, потому что свято верили в свое деревянное сердце.
— Не хочу этого слышать!
— Вы могли бы разобраться во всем сами, но эта история с искусственным сердцем так глубоко укоренилась в вашем сознании, что… Словом, сейчас вы должны мне поверить. Если хотите, можете прочесть третью четверть книги, но будьте готовы к тому, что это станет для вас тяжелым ударом. И все же вам придется начать другую жизнь.
Читать дальше