Она вышивала сорочку. Спереди нитки останавливались в стремлении повторить цвет неба, чтобы при полете пернатого человека его сложнее было заметить с земли и нанести увечья остротой камня брошенного точной рукой. А от не добрых намерений его звездных соседей по спине вышивала поля и леса, такими, какими видела их когда-то в детстве, летая во сне.
В воскресенье провела весь день в церкви, где ходила между икон и обманывала попов тем, что молится. Вместо – внимательно изучала рисунки бытия ангелов, сравнивая их строение со строением крылатого человека.
Прошло время, и она свыклась с предчувствием того, что он скоро уйдет. Но все же плакала, когда ночью услышала растворяющиеся в тишине хлопки крыльев. Выбежала во двор, успокаивалась в том, что он так не простится с ней. И только под звездами осознала, что незнакомец ушел в навсегда, прихватив за собой нож и топор. Поэтому, запретив себе переживать, она ходила к кузнецу и начисто выметала птичий пух и палила огромные белые перья, чтобы муж, когда вернется с заработков, не стал докучать ей расспросами, тем самым, принуждая вспоминать пернатого человека, которого она к тому времени обязана позабыть.
***
Ночью у нее начались схватки, и ее мать выгнала мужа на двор, где он ожидал рождения сына. Холоднело. В доме продолжала кричать жена, и он, прикрывая уши ладонями, наблюдал за мерцающей звездой, что пульсировала светом, то вспыхивая, то угасая. Наблюдал, до тех пор, пока от нее не оторвалась новая звездочка – чуть поменьше и не такая яркая. Мальчик, – радостью узнал в ней мужчина, – точно мальчик. А потом закрыл глаза, уж слишком долго падала, та маленькая звездочка и уже плохое привиделось, но она остановилась и разгорелась ровным светом, а муж перекрестился и плакал ребенок.
Его долго не пускали к жене. Долго не хотели показывать сына. А когда, показали, не давали распеленать. Освободив же ребенка от тряпок, мать с дочкой долго не могли вывести человека из себя, уж очень зачаровано смотрел он на мальчика с маленькими крыльями, на которых дрожало сырое перо.
***
И хотя ночевал вот уже пару недель в таверне, и рубаха запомнила запах блуда и чужих женщин, все так же, как и после первого раза, не мог он избавиться от стыда измены и не познал ни какого удовольствия и утешения. И лишь исповедь жены в том, что произошло пока, он днями скитался в поисках работы и ночами, которыми он грезил о ней, вдыхали в него новые силы, чтобы не остановиться. От того и взялся воплощать свои хмельные сны, когда выиграл в карты у птицелова мешок перьев и в тайне ото всех, ночью, в зарослях крапивы, шил себе крылья.
И впускали его в себя временно одинокие женщины и доверяли пользоваться своим телом. И скитался он селами, перекинув через плечо сумку с крыльями.
***
Она спала, понапрасну растрачивая свое тепло (ее муж ушел от нее, когда обо всем дознался), а проснулась она, до того как заплакал ребенок, но не спешила убаюкивать и не затягивала колыбельную. Она всегда молилась, пребывая в сознании, молилась о возвращении мужа и о прощении, молилась, понимая уязвимость просьбы за стенами церкви, но так и не решилась мечтать о счастье среди икон ангелов.
А ее человек пришел в село вместе со слепым музыкантом и маленьким мальчиком, что учился играть на свистке. Мальчик рассказал, что муж сам прибился к их веселой компании, после того как они повстречали его на дороге, когда тот сидел на земле и тихо с кем-то бормотал. К его спине было привязано затертое до дыр крыло, другое лежало рядом. Вокруг бегали дети и били в него палками и камнями – хотели увидеть, как он летает.
Ее муж обо всем позабыл, во всяком случае, ни о чем не упоминал. И она обрадовалась этому и отвела его домой, где он уснул без подушки. А сама отважилась сделать то, о чем запрещала себе думать и чего более всего желала – отрубила сыну крылья и похоронила их за домом под деревом. Приготовила из своего женского молока масло и втирала его в раны, чтобы кожа не выдавала тайну шрамов.
А лохматый пес той же ночью, поймав запах крови, откопал крылья и съел их, вместе с просроченными надеждами, тревогой и воспоминаниями.
После рабочего дня, придя, домой и, поужинав, я открываю бутылку пива, чипсы с жареным луком и включаю телевизор.
– Здравствуйте дорогие телезрители, рады видеть вас у экранов нашего телеканала. Сегодня первый день соревнований и с минуты на минуты на арену выйдут спортсмены, чтобы продемонстрировать и, конечно же, поразить нас с вами, дорогие телезрители, своими завоеванными за этот год вершинами, филигранными достижениями техники, своим запредельным для обычного человека мастерством. Сегодня мы станем свидетелями небывало фейерверка человеческих эмоция, праздника жизни и невероятного накала страстей. Сегодня спортсмены сразятся в произвольной программе одиночных, парных и групповых выступлений. И, конечно же, мы все будем ждать выступления нашего соотечественника, главного претендента на золотую медаль. Он поздно пришел в этот спорт, но вспомним, какой мощный старт он сразу же взял, покорив сердца болельщиков со всего мира. А был простой скромный парень – пастух, что жил в горах вдали от цивилизации и от большого спорта. Мы тут сегодня с коллегами как раз вспоминали о начале его триумфа, наблюдая из окон гостиницы, как детишки подбегали к нему, чтобы взять автограф. Да, дорогие телезрители, небывалое зрелище нам предстоит сегодня увидеть. И пока миллионы телезрителей и многотысячный стадион замер в ожидании первого вхождения, напоминаем, трансляция с чемпионата мира стала возможной благодаря компании «Алые паруса». С презервативами «Алые паруса» всегда как в первый раз. Почувствуйте себя влюбленными.
Читать дальше