Анна Ромеро - Тайны Торнвуда

– Чай из лемонграсса подойдет, девочка?

Я рассеянно кивнула.

– Почему вы не воссоединились с Луэллой после исчезновения Клива?

Хоб поник.

– Видит бог, я пытался. Когда у Клива появились подозрения, нам с Луэллой пришлось прекратить наши свидания. Поэтому мы начали обмениваться письмами. Большой белый бук в Торнвуде, на полпути между нашими владениями, мы использовали как почтовый ящик. Такое романтичное, тайное место. С этого-то вся заваруха и началась. Клив, верно, следил, потому что обнаружил одну из наших записок.

Позднее, когда он исчез, надобность в секретности отпала. Я пошел к Луэлле, но она не открыла дверь. Я сам принес ей десятки писем, но она ни на одно не ответила. Я решил, что ее сердце разбито после потери Гленды. Я и сам обезумел от горя – но вынужден был уважать желания Луэллы. Ясно было, что она не хочет меня видеть. В итоге я оставил свои попытки. – Он выдавил улыбку. – Поэтому, когда появились вы и юная Бронвен, я подумал, что Луэлле это поможет. Я начал каждые несколько дней проверять дупло, убежденный, что это лишь вопрос времени, наступит день, когда я суну туда руку и найду письмо от Луэллы.

Меня как обухом по голове ударило. Я поняла, как сильно заблуждалась в отношении Хоба, как несоразмерно исказила факты и заставила себя думать худшее.

– В тот день вы осматривали полое дерево… Искали письмо от Луэллы?

Он кивнул.

– Конечно, там ничего не было. Полагаю, теперь я должен смириться, что она не хочет меня знать.

Я согрела ладони о хрупкую старую чашку, вспоминая страхи Луэллы, что Хоб может затаить на нее зло после нападения Клива.

– Не сдавайтесь, Хоб, – сказала я. – Я намекну Бронвен и подговорю ее замолвить за вас словечко. Они с Луэллой обожают друг друга.

Хоб просиял.

– Вы сделаете это, деточка? Правда?

– Считайте, что уже сделала.

– Ну тогда…

Он улыбнулся, глядя в чашку, поднимавшийся от нее пар затуманил его очки.

Мы сидели в тишине наших мыслей, слушая трели вороны-флейтиста. Я украдкой взглянула из-под ресниц на Хоба и увидела, что его улыбка сделалась печальной. Потерянные годы, чувство вины и скорбь жизни, которая каким-то образом свернула не туда, оставили отпечаток на его лице. Словно смерть Айлиш стала брошенным в темный пруд камнем, от которого до сих пор медленно расходились круги.

– Тони никогда не рассказывал о своей семье, – вдруг сказала я. – Только теперь я начинаю понимать почему.

Улыбка Хоба потухла. Он посмотрел на меня и кивнул.

– Смерть сестры страшно его потрясла, беднягу. Ему было всего четырнадцать, поэтому неудивительно, что он лишился душевного равновесия.

– Лишился душевного равновесия?

– Да, бедный мальчишка совсем спятил. – Хоб сунул палец под очки, потер пустую глазницу. – Понимаете, вечером накануне того дня, когда нашли тело Гленды, Тони пришел сюда часов около десяти. Несчастный парнишка был весь в крови. С безумными глазами, как будто увидел привидение. Он все повторял, что его сестра лежит под старым буком на краю дедовского сада – под тем самым проклятым деревом, которое мы с Луэллой использовали как почтовый ящик. Тони не знал, что случилось, твердил только, что Гленда истекает кровью и ранена, едва в сознании.

Конечно, мы с Герни побежали в Торнвуд. Листья под деревом были раскиданы, но Гленду мы не нашли. Тони был вне себя, больной от страха. Мы привели его назад сюда, и мне удалось влить ему в рот немного бренди. Бедный Тони дергался не хуже жабы-аги, сидел как на иголках. И был в крови – я подумал, что он поранился, но он не подпустил меня посмотреть. Настаивал, что пойдет домой на Уильям-роуд. Я предложил подвезти его, но он опять ударился в слезы, лепетал, что Гленда, наверное, оправилась настолько, что ушла домой через овраг. Я убедил его остаться переночевать. Успокоил его и уложил в задней комнате. Но он, видимо, вскоре сбежал. Утром его не было.

Хоб допил свой чай.

– В те дни полицейский участок в Мэгпай-Крике по ночам не работал. Я позвонил в Ипсвич, мне сказали, что при отсутствии жертвы нет смысла посылать патруль. Затем, когда на следующий день нашли Гленду, копы взялись за нас, как муравьи за каплю меда.

Я пристально смотрела Хобу в лицо. Версия событий в изложении Тони объясняла, почему Гленда оставила свои вещи в дереве. Но как ее тело оказалось в овраге, больше чем в миле оттуда?

– Полицию не удивило, почему Тони видел сестру в Торнвуде, однако ее тело нашли в овраге?

– Нам сказали, что у Тони от шока мозги поехали, что он перепутал места.