Весь свет

В 16.25 лейтенант Дахан подзывает к себе капрала и приказывает ему пойти и сообщить старосте Кафр-Кассима, что с 17.00 в деревне вводится комендантский час и любой нарушивший его будет застрелен на месте.

Ровно в 16.30 капрал израильской «оборонительной» армии представляется старосте деревни Вади Ахмаду Сарсуру и передает ему приказ о комендантском часе, который вступит в силу через тридцать минут.

Староста ошеломлен и пытается протестовать:

— Но как, вы думаете, я смогу сообщить это тем, кого сейчас нет в деревне? Их четыреста человек, и они работают в разных местах, вы прекрасно знаете, что они не отправятся домой раньше пяти. Многие из них работают далеко — Петах Тиква, Лидда, Тель-Авив, как я смогу вовремя передать им ваш приказ, капрал?

Но капрал остается бесстрастным и отвечает небрежным тоном, что еще больше усиливает недоверие старейшины:

— Не беспокойтесь о них, староста Вади, всем рабочим разрешат спокойно вернуться домой, положитесь на мое слово...

Стоит влажный октябрьский вечер, и облака постепенно сбиваются в кучу, образуя что-то похожее на свинцовую гору из легенды.

В своих гнездах жаворонки кормят птенцов семенами, принесенными с полей. Маленькие дети в деревне Кафр-Кассим все еще ждут возвращения своих родителей с полей. Они ползают на маленьких мягких ручонках и коленках, поглядывая на двери своих домов. Их родители, которые их любят, опаздывают, и малыши в нетерпении — они хотят, чтобы их обняли, поцеловали и покормили. Что могло задержать взрослых?

«Злодеяниями, совершенными сионистами против палестинских арабов и сравнимыми с преступлениями нацистов против евреев, явились резня мужчин, женщин и детей в Дейр Яссине 9 апреля 1948 года и последующее намеренное изгнание арабского населения из районов, захваченных вооруженными силами Израиля, то есть из Акки в мае, из Лидды и Рамлы в июле и из Бэер-Шевы и Западной Галилеи в октябре 1948 года».

Сэр Арнольд Тойнби. Изучение истории,

том 8, с. 290

Первыми подъехали четыре каменотеса на велосипедах. Если вы хотите узнать имена этих четырех каменотесов, вот они: Ахмад Фрейж, Али Таха, Мохамед Фрейж и Абдулла Бадир. Ни один из четверых не подозревает, что в израильской засаде притаилась смерть, что они уже в зоне огня автоматов, совсем рядом, у них за спиной.

Внезапно тишину этого раннего октябрьского вечера разрывает пулеметная очередь.

Двое из четверых, Ахмад Фрейж и Али Таха, были убиты мгновенно. Третий, Мохамед Фрейж, брат Ахмада, ранен в бедро и предплечье. Его тело прикрыл упавший велосипед; он лежит без движения, пока не убеждается, что солдаты израильской «оборонительной» армии убрались с места кровавой сцены. Четвертому, Абдулле Бадиру, удается спастись почти без царапины благодаря мгновенно сработавшему инстинкту самосохранения. Абдулла инстинктивно бросился на землю, притворившись мертвым. Но солдаты не были уверены и дали еще одну очередь. Тогда он издал звук, похожий на последний вздох, и больше не шевелился. Это его спасло.

Теперь к засаде у «поворота смерти» приближается новая цель для пулеметов израильской «оборонительной» армии. Пока они косят новые жертвы, Абдулла Бадир, которому удалось обмануть солдат в предыдущем кадре, скатывается в сторону от асфальтовой дороги, пока не натыкается на стадо овец, чей пастух только что был убит. Абдулла прячется среди овец и, пригнувшись, медленно движется вместе с ними, пробирается в деревню и прокрадывается к себе домой, чтобы впоследствии давать показания перед израильскими судьями.

Но что стало с раненым каменотесом Мохамедом Фрейжем? С большим трудом ему удается выбраться из-под велосипеда и уползти. Наконец он добирается до оливкового дерева и прячется за его стволам до утра. Из-за боли он почти ничего не видит и не может узнать мертвое тело своего брата Ахмада, лежащее на асфальте, протянутая к нему рука как будто умоляет о помощи.

Ишак медленно тянет груженую двухколесную повозку к «повороту смерти». В ней крестьянин и его восьмилетняя дочь. Крестьянина зовут Исмаил Бадир. Рядом с повозкой идут еще трое, неся на плечах и в руках корзины с овощами. Мохамед Исса, 14 лет; Гази Исса, 20 лет; Мохамед Асси, возраст неизвестен.

Все выглядят веселыми и счастливыми, поют и смеются после дня тяжелой работы.