Мейв Бинчи - Музыка дождя

— Есть страны, в которых это законно. Если захотите, можете спросить меня, и я вам расскажу, — обратилась к Фрэнку сестра Бриджит.

— Прощай, Фрэнк, — прошептала сквозь слезы Хелен.

— Спасибо, Хелен, сестра Бриджит права, у тебя доброе сердце, — ответил он и дотронулся до ее щеки.

В такси они молчали до тех пор, пока Хелен не спросила:

— Вы назвали меня сестрой Хелен. Это означает, что я могу остаться?

— Это означает, что мы пока не просим тебя уходить. Но, вероятно, сейчас, когда ты увидела то, чего раньше не видела, ты больше не захочешь прятаться. Возможно, ты захочешь построить свою жизнь как-то иначе. Путешествуй по миру.

На этот раз Хелен не думала, что сестра Бриджит просит ее уйти. Она уже давно не чувствовала себя так хорошо.

Она посмотрела на то, как сестра Несса прижимала ребенка к груди.

— Не правда ли грустно, что ты не можешь оставить ребенка, Несса? — спросила Хелен. — Чтобы он заменил тебе того, который у тебя умер. Он мог бы стать твоей отрадой.

Она даже не заметила, как две женщины переглянулись, а потом отвернулись и стали смотреть в окно.

Магазин на углу, конечно, был дороже любого супермаркета. Переплачивать приходилось за его расположение, а еще за то, что он работал круглосуточно. Десмонду нравилось заходить туда. Что-то волшебное было в том, как Суреш Патель раскладывал такое количество продуктов на полках, чтобы они не падали. Десмонд часто повторял, что у мистера Пателя есть свой секрет. В больших сетях супермаркетов, таких как «Палаццо Фудс», где работал Десмонд, принцип раскладки товаров был совсем иной. Самое главное — предоставить покупателю возможность выбрать то, что в обычных магазинах отсутствовало.

Магазин мистера Пателя был совсем другой. Сюда приходили, потому что дома неожиданно закончился сахар или потому что на ужин нечего есть, а остальные магазины уже закрыты. Иногда сюда заходили за вечерней газетой или банкой фасоли. Мистер Патель всегда говорил, что, если бы кто-нибудь знал, как много людей проводят вечер в одиночестве, ему бы не поверили. Он всегда был готов побеседовать с любым посетителем.

Жена Десмонда говорила, что лично против мистера Пателя ничего не имела, он всегда был очень вежливым, но продукты у него дороже, там все навалено, и заходить туда просто нет желания. Это такой магазин, в который забежишь, когда все остальные уже давно закрыты, но покупаешь там без охоты, потому что продукты попахивают.

Она никогда не понимала, зачем Десмонд покупает в угловом магазине свежую газету рано утром, когда он всегда может купить такую же около офиса и почитать ее вечером по пути домой.

Десмонд не мог объяснить этого. Он говорил, что в магазине есть что-то особенное. Дело не в том, откуда доставлялись продукты и каких размеров магазин. Если мистер Патель видел, что покупатель ищет что-либо, он сразу относился к этому со всей серьезностью. Например, как в тот день, когда Десмонд попросил изюмовый джем.

— Это точно джем или это добавка? — с интересом спросил мистер Патель.

— Думаю, и то и другое. — Десмонду тоже было интересно, что это такое. Они решили, что как только он купит джем, то поставит его на полку с горчицей, ментоловым сиропом и прочими баночками.

— Когда я окончательно изучу пристрастия и вкусы британских гурманов, я напишу книгу, мистер Дойл.

— Я думаю, вы и так уже разбираетесь, мистер Патель.

— Нет, только начинаю, мистер Дойл, но это так интересно. Как вы говорите, центр жизни — здесь… именно это я и чувствую.

— Центр жизни и в моей работе тоже, но я совсем не радуюсь этому, как вы.

— Это потому, что ваша работа куда важнее моей.

Дейдра Дойл согласилась бы с ним. Мистер Патель с уважением смотрел на Десмонда, которому было чуть менее пятидесяти, и он заведовал в «Палаццо» специальными проектами. Название «Палаццо» было так же известно, как «Сейнсберри» или «Вейтроуз». Может, конечно, не настолько известно, но в Ирландии, где никаких других названий не слышали, «Палаццо» пользовался большой популярностью.

Конечно, Патели не жили на Розмери-Драйв. Они жили в местах, более подходящих для выходцев из Индии или Пакистана, заявляла Дейдра, когда кто-нибудь начинал говорить о них.

Десмонд знал, что Суреш Патель, его жена, брат и двое детей жили в маленьких кладовках за магазином. Миссис Патель не говорила по-английски, а его брат мало говорил и почти не помогал по магазину. Вероятно, у него было какое-то заболевание. Обычно он просто сидел и мило улыбался.