Виктор Брагин - Поколение 700

– Принесите мне, пожалуйста, биточки со сметаной. Говорят, в вашей столовой прекрасно готовят биточки со сметаной!

Затем, идиотски хохоча, олигархи стали вспоминать советское детство и меню столовых тех лет. Они требовали попеременно творожную запеканку, драники, гречневую кашу, отварные сосиски с картофельным пюре, мусс и кисель. Главным было подозвать с каменным лицом официантку и выпалить что-нибудь типа:

– Девушка, когда же, наконец, принесут мой суп с фрикадельками?

Видя, как это бесит и без того задерганную официантку, все падали на пол от смеха. Судя по всему, развлекались олигархи, подобным образом уже давно: лица раскраснелись как помидоры, а по щекам текли слезы. Я не находил эту игру безумно смешной, – но трезвому сложно разуметь пьяного. Вся компания тепло встретила меня, хотя мы были едва знакомы. Они тут же предложили располагаться и взять себе выпить, а также заказать вареники с ревеневым киселем. После этой фразы «детей олигархов» снова обуял дикий хохот, и они стали недосягаемы для моих вопросов. Лишь после долгого и изнурительного допроса мне удалось переключить их внимание на Топ-лузера.

– А Зигис, наверное, пошел завтракать, – сказал Оскар глядя на часы. После чего олигархи потребовали у официантки глазунью с зеленым горошком – ведь приближается время завтрака.

– Какое, нахер, завтракать?! – заорал я.

Видя, что я свирепею, Оскар на некоторое время прекратил ржать и пояснил:

– Да серьезно, Витька! Без балды. Этот придурок теперь ходит завтракать к этим, ну, как их? Ну, лысым, с бубном всегда ходят…

– К кришнаитам, что ли? – спросил я, не зная, верить ему или нет.

– Точно! Они сейчас, начиная с семи утра, по-моему…

– С восьми! – перебил его Павел.

– Разве с восьми? С семи же было…

– Ну так что они? – закричал я, боясь, что спор Павла и Оскара затянется надолго и скатится, в конце концов, к биточкам.

– Они устраивают благотворительные обеды… то есть завтраки для бомжей, с семи до десяти утра…

– С восьми, ну хули ты пиздишь?!

– Где? – перебил я.

– Да здесь рядом, – Оскар показал на стену казино, – за углом сразу.

– Это правда? Ты серьезно?

– Да правда, правда, чего мне тебя обманывать? – Оскар сделал обиженное лицо. – Он тут всех нас заебал своими бесплатными завтраками, зовет с собой. Говорит, что хочет стать профессиональным бомжом.

– «Испить эту чашу дерьма до дна», – поправил его Павел. – Так он, по-моему, выразился.

Да, теперь я им верю. «Испить чашу дерьма до дна» – выражение вполне в стиле Топ-лузера, вряд ли олигархи сами до такого додумались бы.

В общем, отказавшись от глазуньи с зеленым горошком и ревеневым компотом, я отправляюсь в штаб-квартиру кришнаитов. Это действительно рядом, и я иду пешком.

Уже издалека я замечаю очередь, формирующуюся у дома последователей Кришны. Правда, до семи утра еще далеко, но, видимо, места в очереди нужно занимать заблаговременно. Приближаясь, я высматриваю в толпе силуэт Топ-лузера, но пока ничего знакомого не наблюдается; хотя он там, – это становится понятно по нездоровому движению в очереди. Постепенно, мне удаётся рассмотреть, что эта что бесформенная куча тряпок, висящая на плечах бомжей, на самом деле ничто иное, как загулявший барин, по-свойски обнявший новых друзей.

– Деньги – это грязь, – доносятся до меня слова Топ-лузера. – Понимаешь, э-э-э, ты не должен переживать, понимаешь… все люди рано или поздно оказываются здесь…

Бомж что-то мычит в ответ, пытаясь скинуть с себя непосильную ношу в виде обмякшего Топ-лузера. Я помогаю уставшему бездомному, приподнимая своего непутевого приятеля. От неожиданности куча тряпок начинает сопротивляться, но увидев, что это я, радостно раскидывает руки в стороны и лезет обниматься. Теперь эта ноша висит на мне.

– Висенька!!! – орет он. – Посмотри, посмотри, какой прекрасный ресторан я нашел! Здесь совершенно не надо платить деньги.

Я сухо поздравляю его с находкой и уговариваю ехать домой.

– Висенька! Посмотри, до чего докатился Ки Эккаунт менеджер! Как тебе, а? Не нравится? Я желаю испить эту чашу до дна! Я хочу всего вот этого, понимаешь? Я стою в этой прекрасной очереди, и у меня номер семь. И это не последний номер, за мной уже есть номера восемь и девять.

Я оттягиваю его от очереди, но он сопротивляется.

– А сейчас, – продолжает спектакль Топ-лузер, – я веду переговоры с номером три о том, чтобы он продал мне свое место в очереди. И мы уже почти договорились.