Виктор Брагин - Поколение 700

Пришлось повторять свои попытки снова. Пара заездов в логово зверя были неудачными, но, вот в один солнечный январский день дверь мне отворил человек, внешне напоминающий того, кого вполне заслужено звали Топ-лузером. Я даже не сразу узнал открывшего, – так плохо этот человек выглядел. Топ-лузер рассказал мне, что силы покинули его и он спал несколько дней без перерыва, поскольку весь последний месяц барин практически ничего не ели-с, но изволили усиленно пить.

По дороге я приобрел гостинец для старого друга в виде нехитрой провизии, пары бутылок пива и пачки сигарет. Он искренне обрадовался моей гуманитарной помощи, долго и горячо благодарил, обещая не забыть этого никогда. Я взялся варить пельмени, а Топ-лузер, практически залпом, выпил бутылку пива и закурил. После трапезы он ожил и поведал мне эту самую историю, которую мы выделили в отдельную главу.

Топ-лузер долгое время пребывал в прострации. После трехнедельного запоя он пролежал, не вставая, несколько дней: иногда засыпал, иногда проваливался куда-то в небытие, наполненное кошмарными видениями. Все попытки вернуться в реальность успеха не имели: не удавалось ни пошевелиться, ни оторвать голову от подушки. За эти дни лишь пару раз получилось открыть глаза, но налившиеся свинцом веки неизбежно смыкались заново. О количестве дней, проведенных в таком состоянии, можно только догадываться.

Сегодня Топ-лузер уже долгое время лежал с открытыми глазами, уставившись в одну точку на узоре старых потертых обоев. Что-то очень важное было сокрыто в этой обойной клинописи, на многие часы приковавшей взгляд.

Постепенно возвращалось сознание, усиливая глубокое отвращение Топ-лузера к себе и к окружающему миру. Всплывали отвратительные подробности длительного гусарского запоя. Он зажмурился, надеясь, что когда вновь откроет глаза, все разрешится само собой: либо этот мир провалится в преисподнюю, либо он сам исчезнет с лица земли. Ничего не происходило. Наоборот, мозг начинал потихоньку работать, а память – проясняться. Вспомнилось, что он пропил все деньги, выданные матерью для погашения долга по квартплате, и потому решил одолжить. И одолжил. Неоднократно. Но у кого и сколько – не помнил. Мобильный телефон тоже бесследно канул в водовороте запоя. Топ-лузер снова зажмурился и замотался в одеяло, стараясь не дышать и не двигаться, мечтая спрятаться от всех проблем.

Но проблемы и не думали исчезать. Наоборот, они стали все настойчивее стучаться в дверь, отбирая столь необходимый сейчас покой.

До Топ-лузера вдруг дошло, что уже продолжительное время кто-то действительно стучит в дверь. Прислушавшись, он понял, что это мать: обеспокоенная его долгим отсутствием и отключенным мобильным, она пришла искать своего непутевого сына. Тот обещал навестить родителей, но по понятным причинам не сделал этого.

Топ-лузер не хотел открывать – состояние не позволяло общаться с кем бы то ни было. Если многочасовое разглядывание потертого узора на обоях было более-менее приемлемым занятием и не приносило сильных моральных и физических страданий, то разговор с мамой попросту его убьет.

Временами казалось, что мать ушла, и тогда Топ-лузер снова забывался тяжелым похмельным сном, но, очень скоро стук в дверь возобновлялся.

Он вдруг вспомнил, что у матери есть ключи от квартиры, а раз она не может войти, значит, дверь заперта изнутри на засов. То есть мать понимает, что сын закрылся в квартире, и бесполезно делать вид, будто никого нет дома. Топ-лузер осознал, что надо встать и поговорить, иначе это никогда не кончится.

«Скажу так, – думал он: – да, я пропил все деньги и потерял телефон, да, я такой, и что мне теперь делать? Повеситься? Я готов! Если ты хочешь, чтобы я это сделал, – повешусь; если нет – то прошу оставить меня в покое, мне надо выспаться и отдохнуть. А завтра поговорим».

Да, именно такую речь он собирался выдать, когда откроет дверь.

«В конце концов, что мне терять?! – решил Топ-лузер и шатаясь направился к двери. Отодвинул засов, он распахнул дверь и собрался выдать свой монолог, но тут же осекся, увидев на пороге двух незнакомых парней крепкого телосложения. Парни были выше Топ-лузера, один – в неуклюжем костюмчике, который с трудом обтягивал его мускулистый торс, другой – в черной кожаной куртке поверх черной водолазки.

– Зигмунд? – вежливо осведомился тот, что был в костюме.

– Нет, его нету, – после небольшого замешательства ответил Топ-лузер, понимая зачем пришли эти ребята. То есть, он, конечно, не знал точно, по какому из его многочисленных долгов они пришли, но это было уже не столь важно, могли прийти по любому…