Ирина Солодченко - НЕЕСТЕСТВЕННЫЙ ОТБОР

– Знаете, одна мамина приятельница уехала в Израиль. Уже десять лет как она там присматривает за денежными бабками. Так она говорит, что тамошняя хирургия – на наивысшем уровне. Но лечить – не лечат. Ее муж как-то пошел в поликлинику, что-то на руке высыпало, так его симптомы засунули в компьютер, и оттуда вылезла бумажка с назначениями. Зато бабки, за которыми она присматривает, по 90 лет живут, штопанные-перештопанные. Так и сказала: «Лечить – не лечат, и как дойдет до операции – с того света вытащат».

– Вот тебе иллюстрация к тому, что я сказал. Сегодняшняя медицина – во власти бизнеса, и ее доход – это дорогостоящие операции. На копеечном лечении много не заработаешь. А люди преклонного возраста со своими болячками – значительный источник дохода для медицинского бизнеса. Вот тебе и неестественный отбор в наличии… Хорошо. Возьмем тот наболевший для нас с тобой случай с автокатастрофой в ноябре. Где гарантии, что та женщина выжила бы в городе? В городской больнице она, может, еще бы быстрее Богу душу отдала… Чтобы в наших условиях спасти человека необходимо стечение благоприятных обстоятельств. Поэтому случилось то, что случилось. А почему подняли шум? А потому что дамочка городская, а муж кляузу написал. Если бы сельская умерла, никто бы и не кинулся. Вот ты чего на село приехал?

Андрей покраснел.

– Опыта набираться? На подопытных кроликах? Здесь не люди живут? А тут, знаешь, тоже каждый человек – чья-то мать, сестра, дочь. Я когда слышу, что молодых специалистов в села отправляют после института, так у меня аж мороз по коже. Учитесь, деточки, на подопытных селянах, а выучитесь, загубив сотни душ своей неопытностью, так и в город возвратитесь – врачевать «настоящих» людей. Ну хватит, об этом можно много говорить. Ты, главное, успокойся, выходи завтра на работу, а с водкой – не балуйся. Проблемы этим не решишь… Много решил, лежа здесь? Ото ж…

– Я, кажется, начинаю понимать… Тот обезьяний мужик с перитонитом выжил благодаря стечению обстоятельств… Жена привезла его сразу же, в другой район мы его не отфутболили, потому что я (именно я!) тщательно подготовился к этой операции. Если бы тогда, в ноябре, на месте той женщины случился этот мужик – он бы умер вместо нее… Так?

– Может и так…

– То есть, не я решаю, кому жить, а кому умирать?

– Не знаю… Знаю только, что ты удлиняешь людям жизни. Но ты – человек, и поэтому можешь ошибаться… Просто сейчас общество находится на таком уровне, что люди привыкли к мысли, что врачи во что бы там ни стало должны спасти их жизнь. Каждый летательный исход в пределах больницы рассматривается как чрезвычайное событие. Но врачи – не боги, а такие же люди, как и все…

Залаяла собака, и Андрей выглянул в окно…. А то соседская кошка пробежала по двору и исчезла за сараем.

– Ты посмотри, какие огромные средства тратятся в западном мире совсем не туда куда нужно, – продолжал Смидович, вытягивая из портфеля газетную вырезку. – Послушай этот бред: «Лидеры нескольких стран, привлеченных к проекту, празднуют победу вместе с исследователями, подчеркивая, что расшифровка генома является ключом к лечению самых серьезных заболеваний. Их радует, что завершение Human Genome Project удачно совпало с 50-летним юбилеем открытия двойной спирали ДНК». Дошло?

– Что?

– Уже вдалбливают населению, что ген – это ключ к лечению самых серьезных заболеваний. Хорошо… Предположим, что ген является программкой, на которой записан опыт предыдущих поколений. Согласно естественному отбору и еще каким-то законам ты сейчас пользуешься тем, что твои предки для тебя накопили. Они ошибались, много двигались, укрепляли здоровье или губили его, злоупотребляли водкой или были непьющими – все это передалось тебе. А теперь представь этого генного инженера – слесаря человеческого организма. И такой с позволения сказать слесарь, не имея никакого представления о других законах Великого Конструктора, полезет ковыряться в генах. Никто не знает, что он там натворит, что он удалит, за что зацепит и как природа на все это отреагирует. Никто не думает, как это скажется на последующих поколениях.

– Об этом еще Кроненберг предупреждал в фильме „Муха”, – подтвердил Андрей. – Там муха случайно скрестилась с человеком, и из этого вышел мутант. А я сегодня целый день лежал – в потолок смотрел, а потом включил телевизор. А там передача… Врачи-исследователи продемонстрировали эксперимент: положили четырехдневного мертвеца в гроб, опутали его разнообразными датчиками, а гроб поставили на специальный эскалатор, движущийся к электропечи. Возле самой печки стрелки приборов задрожали, а перо энцефалографа сдвинулось с места … Якобы мозг сигналы SOS подавал. И все это было похоже на очень испуганного человека… Ведущий аж вскрикнул – сенсация!