Джеффри Форд - Год призраков

Бешено дрожа, полузамерзший, я выбрался из леса позади дома Халловеев. Штаны у меня стояли колом, как перед рубашки, но, когда я вошел в дом, тепло растопило мой страх и я разревелся. Мама готовила обед на кухне, но лишь крикнула оттуда: «Привет» — а ко мне так и не подошла. Я поднялся в свою комнату, снял мокрую одежду и забрался в постель. Меня всего колотило. Так я лежал, пока меня не позвали обедать.

В этот вторник занятий в школе не было, потому что на следующий день праздновали День благодарения. Погода стояла отвратительная, но мне не сиделось дома, а потому я решил поехать вместе с Бабулей на станцию в Вавилоне и встретить тетушку Герти. Бабуля ехала со скоростью черепахи и делала только правые повороты. Дед называл такую манеру езды «улитка за рулем». Иногда, заходя в кондитерский магазин, я видел ползущую по улице большую синюю «импалу», [42] «Шевроле-импала» — популярная марка легкового автомобиля фирмы «Дженерал моторс». за рулем которой сидела Бабуля. Она поглядывала вокруг и улыбалась, как мистер Магу. [43] Квинси Магу (мистер Магу) — персонаж мультфильма, появившегося в 1949 году. Однажды, когда я сидел с ней в машине, нас обогнал сердитый тип и крикнул: «Купи себе телегу с лошадью!» В этот раз пытка усугублялась слякотью и градом.

Час спустя мы были где-то в районе Брайтуотерса, за заливом, и искали нужный нам правосторонний поворот, чтобы вернуться назад в Вавилон. К счастью, град прекратился, но приближался вечер.

— Что ты думаешь о секретах? — спросил я Бабулю.

Губы ее шевелились, взгляд был устремлен вперед. Она нажала на тормоза перед знаком «уступи дорогу», и мы сделали поворот — конечно же, правый.

— Честность — лучшая политика, — сказала она.

Несколько минут спустя я спросил:

— Ты имеешь в виду вранье?

— Может быть, — сказала Бабуля и рассмеялась. Некоторое время она ехала, выпучив глаза, в поисках следующего правого поворота. — Я тебе говорила, что была замужем до Деда?

— Я слышал об этом.

— Моего первого мужа звали Эдди. Ах, какая у него была шевелюра! Он работал полицейским в Нью-Йорке. Ужасный был пьяница. Как-то раз въехал на своем мотоцикле в витрину и после этого полгода пролежал в больнице.

Я ждал, что Бабуля скажет еще что-нибудь, но она молчала.

— И что с ним случилось? — спросил я.

— В конце концов умер от воспаления легких.

— А ты когда-нибудь ездила на его мотоцикле?

— Конечно. Иногда с ним бывало очень весело. Но он был психованный. Бывало, напьется — и ну палить из пистолета на улице.

Она снова рассмеялась, а следом за ней и я.

— У меня в шкафу лежат его пистолет, значок и дубинки. Ты мне напомни, я покажу.

— Вот будет класс!

— В одну из дубинок вделана игральная кость. Очень красиво. А еще у меня остался его блэк-джек. Знаешь, что это такое?

— Нет.

— Это такая кожаная трубка, в которую зашит кусок свинца. Запросто можно голову проломить.

— Вот подожди — Джим до нее доберется.

— От нее не остается синяков. Но это не игрушка. Убить можно. Я думаю, теперь такие запрещены, — добавила Бабуля и приложила палец к губам.

— И когда же ты вышла за Деда?

— Через пару месяцев после смерти Эдди.

Тетушка Герти была толстая и бледная, с выдающейся нижней губой и огромным подбородком — этакий Уинстон Черчилль в сеточке для волос, и Мэри могла предстать перед ней только в образе Микки.

— Прекрати, деточка, — сказала ей тетушка Герти. — Не валяй дурака.

Мне она дала пятицентовик и сказала, что у меня нелепая прическа. Одарив Джима, она только покачала головой и сморщилась. Потом она приказала Бабуле — назвав ее Мейси — поставить на стол коробочку черно-белого печенья. Тетушка никогда не приезжала без этого печенья — плоских полумесяцев, покрытых глазурью. Еще она спросила, как у нас дела в школе, и поморщилась, выслушав наши доклады. Тетушка Герти работала у епископа в Роквильском центре, а потому в ответ на вопрос, молимся ли мы, все закивали.

— Да, — сказал Джим, — мы молимся, чтобы лучше учиться в школе.

Тело тетушки затряслось — мы знали, что это означает смех.

— Мы хотим спросить об отшельнике из того места, где выросли вы с Бабулей, — сказал я.

— О каком отшельнике?

— О Беделии, — пояснила Бабуля.

На лице у тетушки появилось кислое выражение.

— О том, который жил в пещере на спаржевом поле, — добавил Джим.

Тетушка Герти рассмеялась.