Джеймс Баллард - Суперканны

— Франсес? — Со свечой в руках я, пройдя между скамеек, поднес пламя к лицу женщины. На ее нервных губах и приспущенных веках заплясали тени. — Мадам, извините, вы?..

— Пол? Наконец-то. Пойдем отсюда.

Она открыла деревянную дверь, и на нее хлынул поток света — как на труп в открытом гробу. Сзади со своих мест поднялись две женщины и направились к выходу. Когда они вышли на солнце, я узнал мадам Кордье и мадам Менар, шоферских вдов, которых я видел в квартире в Пор-ла-Галер.

Заговорив с Франсес, они повернулись ко мне спиной, словно опасаясь, что я сообщу о них властям «Эдем-Олимпии». Наскоро поблагодарив ее, они сразу же заторопились к такси, ожидавшему их на парковке.

Франсес помахала им вслед, но, чтобы взглянуть на меня, у нее словно не осталось сил. Ее рука беспомощно упала. Она похудела с тех пор, как я видел ее в последний раз, и не сразу прикоснулась к моему плечу, сомневаясь — тот ли перед ней, кого она знала прежде. Она на секунду задержала мою руку в своей, пытаясь напомнить себе, что когда-то мы были любовниками. Призраки былых чувств, казалось, собрались вместе на ее встревоженном лице — и сразу же рассеялись.

— Франсес?.. Я рад тебя видеть.

— Подожди. Я здесь не могу дышать.

Я пошел за ней по неровной площадке, вокруг церкви — к соснам, защищавшим ле-гарупское плато. Мощная подзорная труба на штативе была направлена на мыс Антиб: опусти монетку — и увидишь панораму Ривьеры от Суперканн до Жуан-ле-Пена, от забитой судами Антибской гавани за крепостной стеной, построенной при Наполеоне, до жилого комплекса Марина-Бе-дез-Анж. На посадку в аэропорт Ниццы заходил воздушный лайнер — его крылатая тень скользила по зданиям отелей, стоявших фасадами к глиссаде {85} 85 Глиссада — в авиации: траектория полета воздушного судна при снижении. .

— Франсес, успокойся, пожалуйста. Никто за мной следом не ехал. — Я хотел ее обнять, но она отошла в сторону и ухватилась за подзорную трубу. Я знал, что она думает о чем угодно, только не обо мне. Постукивая рукой по корпусу, она смотрела, как отъезжает такси с двумя вдовами. — Шоферские вдовы? — спросил я. — Что они здесь делали?

— Хотели посмотреть церковь. Она посвящена душам путешественников. Я их подобрала на вокзале в Антибе.

— И я испортил им впечатление?

— Вряд ли. А почему ты так решил?

— Они смотрели на меня…

— Они очень подозрительные. Слухи-то всякие ходят. Тебя видели на некоторых «ратиссажах». Они считают, что ты из «Эдем-Олимпии».

— Я и есть из «Эдем-Олимпии».

— Вот поэтому-то я и здесь. — Она выдавила натужную улыбку, пытаясь уверить себя в том, что, мы все еще близкие друзья. — Пол, мне нужно было уехать. Эта ужасная история с Цандером. Я удрала через ближайший выход.

— Я чувствовал то же самое. — Я пытался заглянуть в ее глаза под ниспадающими полями соломенной шляпки. — И куда же ты делась?

— В Ментону. Поселилась в гостиничке у старого города. Там живет мой друг, которого я хотела увидеть, — отставной судья. Мне нужен был его совет.

— Надеюсь, ты им воспользовалась. В «Эдем-Олимпии» все начинает трещать по швам.

— Только теперь? — Она кинула на меня встревоженный взгляд. — И года не прошло.

— Это неправда. Я только ждал подходящего момента.

— Ждал? Это слишком просто. Ты мог так ждать бесконечно.

Мы шли под деревьями к объездной дороге у маяка, где я припарковал БМВ. Когда она брала у меня ключи, я заметил ее нестриженые облезшие ногти.

— Ты уверен, что за тобой никто не ехал? — спросила она. — А этот тип у киберкафе?

— Мелдрам? Да нет. Он выслеживал «ягуар». Журналисты не любят платить за парковку.

Мы сидели в машине — в тени поднятой крыши, Франсес с силой вцепилась в баранку — словно надеялась таким образом спастись при столкновении. Пытаясь успокоить ее, я взял ее за руки и, сняв их с руля, опустил ей на колени.

— Франсес, зачем Мелдраму следить за мной?

— Вероятно, он чует скандал. Кто-нибудь в Антиб-ле-Пене мог видеть то происшествие. Дома там стоят близко к берегу.

— Никто никогда не смотрит из окон на берег. И потом, Мелдрам работает на «Эдем-Олимпию». Им принадлежит большая часть радиостанции.

— Ну и что? Если на этом можно заработать, он будет служить и нашим и вашим. Ему нужна по-настоящему скандальная история, которую можно продать агентствам новостей. Пожалуй, одна такая у меня для него есть…

Она кивнула своим мыслям и уставилась на маяк, терпеливо ожидая, что он придет к ней на помощь и зальет темноту Лазурного берега своим пронзительным светом. После нескольких недель, проведенных в Ментоне, она стала беззащитнее — но решительнее. Я вспомнил изящную, но неуверенную в себе женщину, которую встретил на конференции ортопедов, и понял, что ничего не изменилось. Тогда начался наш роман, но проведенное нами вместе время было украдено у «Эдем-Олимпии», а потому подлежало возвращению.