Сара Уотерс - Маленький незнакомец

— Немыслимая дурь, верно? — уныло вздохнул он. — Даже тогда я понимал весь идиотизм своего положения. Конечно, мне не хотелось идти на этот треклятый прием, но вот извольте: я, так сказать, хозяин вечера, владелец Хандредс-Холла, заставляю всех ждать, потому что как последний дурак мечусь по комнате в поисках своего единственного приличного воротничка!

Тут появилась Бетти, посланная миссис Айрес. Родерик поделился с ней своим горем и спросил, не брала ли она воротничок, но служанка ответила, что видела его лишь утром, когда принесла выстиранное белье. Родерик взмолился о помощи, и Бетти еще раз осмотрела все уже проверенные им закутки, но ничего не нашла. Вся эта кутерьма довела его до того, что он, «кажется, довольно резко» приказал ей вернуться в зал. Родерик прекратил поиски и подошел к шкафу, надеясь как-нибудь соорудить стоячий воротничок из обычного. Знай он, что Бейкер-Хайды явились в повседневной одежде, он бы так не переживал. Но сейчас перед его взором маячило расстроенное лицо матери, увидевшей, что сын вышел к гостям «как неряха школяр».

Вот тут произошла еще большая странность. Копаясь в шкафном ящике, Родерик услышал всплеск, отчетливо прозвучавший в пустой комнате. Что-то плюхнулось в раковину умывальника. Родерик обернулся и не поверил своим глазам: в мыльной воде плавал пропавший воротничок.

Машинально Родерик кинулся к раковине и выудил чертову штуковину, пытаясь сообразить, как она там оказалась. Он точно помнил, что на умывальнике воротничка не было. И упасть ему было неоткуда — на стене рядом с раковиной не имелось никаких бра или крючков, даже если предположить, что кто-то станет вешать на них жестко накрахмаленный белый воротничок. Над умывальником тоже ничего не было, кроме «какого-то пятнышка» на решетчатом потолке.

На этом этапе Родерик слегка обалдел, но еще не испугался. С воротничка капала мыльная вода, однако он решил, что лучше мокрый воротничок, чем никакого вообще, и, кое-как подсушив, пристегнул его к сорочке, а затем перед зеркалом туалетного столика завязал бабочку. Теперь осталось лишь вставить запонки, смазать бриллиантином и расчесать волосы, и он будет готов. Родерик открыл шкатулку слоновой кости, в которой держал запонки, и увидел, что она пуста.

Это было настолько нелепо и так обескураживало, что он даже рассмеялся. Нынче он запонок не видел, но утром случайно задел шкатулку и отчетливо услышал, как они в ней загремели. Больше шкатулку он не трогал. Немыслимо, чтобы Бетти или миссис Бэйзли их куда-то переложили; мать или сестра их взять тоже не могли. Зачем? Тряхнув головой, Родерик оглядел комнату и обратился к «барабашке», «домовому» или кому-то другому, кто с ним играл: «Не хочешь, чтобы я шел на вечер? Знаешь, я сам не хочу, но, к сожалению, надо. Так что, пожалуйста, отдай мои сраные запонки!»

Он поставил шкатулку на ее обычное место возле гребня и щеток, а через секунду в зеркале туалетного столика увидел, как за его спиной мелькнуло что-то маленькое и темное — будто паучок свалился с потолка. Тотчас в фарфоровой раковине что-то звякнуло, и этот звук, в тишине показавшийся громоподобным, напугал его «чуть не до смерти». Осознавая полную нереальность ситуации, Родерик медленно подошел к умывальнику. На дне раковины лежали его запонки. Облицовка умывальника блестела капельками брызг, мутная вода еще слегка волновалась. Родерик посмотрел вверх: потолок был чист, лишь ранее замеченное «пятно» еще больше потемнело.

Вот тут он понял: в комнате творится что-то неладное. Глаза и уши его не обманывали: он видел мелькнувшие запонки, слышал всплеск и звяканье. Но откуда же они упали? Родерик подтащил к умывальнику кресло и, осторожно на него взгромоздившись, осмотрел потолок. Кроме странного темного пятна, там ничего не было. Запонки словно материализовались из воздуха. Родерик грузно слез с кресла (заныла увечная нога) и вновь уставился в раковину. Вода, подернутая белесой пленкой, уже успокоилась; теперь надо было засучить рукав и выловить запонки, но он не мог на это решиться. И не знал, что делать вообще. От мысли о ярко освещенном зале, в котором со стаканами в руках ждали мать и сестра, Десмонды, Росситеры, Бейкер-Хайды, а кроме них еще я и Бетти, его прошиб пот. Он посмотрел на себя в круглое зеркало умывальника и увидел на лбу крупные бисерины, выползавшие из пор, «точно черви».

И вот тогда произошло нечто совершенно невообразимое. Родерик смотрел на свое взмокшее лицо и вдруг заметил, что зеркало будто вздрогнуло. Я помнил это старинное зеркало на шарнирах: стекло с фаской крепилось в круглую медную раму, покоившуюся на фарфоровой подставке. Штуковина массивная — такая не свалится от толчка или сотрясения половиц. В мертвой тишине комнаты Род замер, а зеркало опять вздрогнуло, потом качнулось, а затем по умывальнику стало к нему придвигаться. Казалось, зеркало идет, вернее, оно будто бы только что обнаружило в себе способность ходить. Зеркало ковыляло дерганой спотыкающейся походкой, жутко скрежеща неглазурованным низом подставки по мраморному умывальнику.