Эрин Пицци - Плавать с дельфинами

— Какая разница! — ответил Ричард.

Ричард начал читать, Пандора слушала. Когда по сюжету Питер Пэн должен был улететь, Пандора очень расстроилась, но не подала вида, спрятав лицо в гуще длинных волос. А когда Питер захотел вернуться к матери, натолкнулся на вставленные в окна металлические прутья и увидел другого ребенка в своей колыбели, Пандора не выдержала. Громко всхлипнув, она бросилась на грудь Ричарду.

От удивления он даже выпустил книгу из рук.

— Пандора, ведь это все сказка!

— Нет, это не сказка, — плакала Пандора, — это совсем не сказка. Это — правда, эта книга — о таких людях, как я, а их очень много на свете, Ричард. Нас можно найти повсюду, мы солдаты Армии Нежеланных. — Плач Пандоры перешел в истерику.

Ричард обнял ее и попытался успокоить, нежно покачивая.

— Ты желанна, Пандора. Я желаю тебя, я всегда тебя буду желать. Мы поженимся. Я буду любить тебя. Обещаю.

Но ничто не могло успокоить Пандору.

На острове Малое Яйцо Джулия сетовала, обращаясь к Джанин:

— Так больно смотреть на нее, когда она плачет.

— Знаю, — отвечала Джанин, — но все это поможет исправить какую-то часть ее жизни. Она так далеко спрятала все это в своей памяти, что только в таком вот трансе может это вспомнить. К тому же эти страдания помогают ей. Бедная Пандора! Но теперь ей уже осталось недолго мучиться. Скоро наша подружка опять будет с нами.

Пандоре становилось все труднее бодрствовать. Ее просто тянуло в сон, и только там она чувствовала себя уютно, в безопасности. Свою огромную пластиковую бутылочку с таблетками она носила всюду с собой. Однажды Ричард, прочитав ей «Маленького принца», спросил, не могут ли они заняться любовью. Она согласилась. Ричард был с ней очень нежен. После Пандора заверила его, что ей все очень понравилось, но, по правде говоря, она так ничего и не почувствовала. Совсем ничего. Ей, конечно, было приятно держать в руках его голову, целовать ясные, спокойные глаза, видеть радостное выражение лица, когда он кончал, издавая счастливые стоны. Но…

— Тсс, — предупредила Пандора, зажимая ему рот, — а то разбудишь Нэн.

Ричард захохотал, откидываясь на подушку.

— Она, наверное, уже проснулась и теперь, задрав задницу, слушает, приложив ухо к полу. Но кого это волнует?! — Он хотел было поцеловать Пандору, но обнаружил, что она уже уснула. Ричард нахмурился: ее сонливость начинала беспокоить его, хотя, конечно, она многое пережила, бедняжка. Он взглянул на нее еще раз, и радость вновь охватила его. Ричард понял, что влюблен, искренне влюблен в эту замечательную женщину. На следующей неделе они вернутся в Бостон и будут жить вместе. Мариан уже получила указания упаковать вещи Пандоры и переслать их в квартиру Ричарда. Служанка прислала Пандоре короткую записку, в которой писала, что не хотела бы оставлять свой дом, семью, но что будет всегда помнить хозяйку и молиться за нее.

Пандора была рада отъезду из поместья викария большинства родственников. Остались лишь Делайла и Нэн. Что касается Молли, то Пандоре она продолжала нравиться. Особенно любила она несколько приземленное, простецкое чувство юмора пожилой женщины.

Этот день ничем особенным не отличался, если не считать сильной жары и того, что Пандора проснулась с головной болью. Боль не отпускала, а поскольку женщина знала, что ей не избежать за завтраком соседства с Нэн с ее свинушной физиономией, она решила принять лишнюю таблетку валиума.

За трапезой палящее солнце словно колотило Пандору по голове. Она вдруг почувствовала, что теряет сознание, и навзничь упала на траву.

Ричард вскочил со стула, поднял ее с земли и внес в холл дома, нежно положив на кресло викторианского стиля. Молли бросилась звонить обслуживающему их семью доктору. Именно в этот момент Нэн получила долгожданную возможность проникнуть в тайну столь отвратительной ей женщины. Она открыла вместительную сумочку Пандоры и тотчас же наткнулась на ту самую большую пластиковую бутылочку, полную разноцветных таблеток. Глаза Нэн хищно вспыхнули. Она бросилась вслед за остальными в холл, оставив сумочку лежать на лужайке перед домом.

— Молли, дорогая, вам нет никакой нужды звать доктора, — выкрикнула она, помахивая бутылочкой с таблетками перед удивленным лицом Молли. — Посмотрите-ка лучше на это.

— Ну, это таблетки, разве нет? — сказал Филип.

— Вот именно, таблетки! Но позвольте уточнить вам, что это за таблетки. Это — наркотики, — прошипела Нэн.