Наталья Шумак - Та-Ро

Все когда-нибудь заканчивается. Даже плохое, что уж говорить о хорошем. Докурил, домусолил последний бычок. Погасил о борт катера. Мусорить он не любил, расчистил босой ступней раскаленный песок, добрался до плотного влажного, копнул и с глубоким вздохом сожаления похоронил бренные останки сигареты.

-Се ля ви.

Устроился поудобнее. Подвернул повыше успевшие потерять товарный вид джинсы старшего брата, одернул черную майку. Взгляд его лениво бродил по синей скатерти моря. Вчера, оскорбляя арбитра, он пытался внести коррективы в написанный Хранителями сценарий их с Ли совместной гибели. Чего ожидал? Драки или извинений. Замены арбитра. Удаления с поля (то есть физического устранения) проштрафившегося игрока (в своем лице естественно). А что получил? Самовозгорание незадачливого бармена (нечаянно открыл новое средство борьбы с крирами) и два пинка от Ли. Ругаться она впрочем не стала. Быстро поняла, что к чему. Дальнейшего возмездия не последовало.

Погубившая арбитра вспышка пламени охватила бар. Камень и металл занялись точно бумага, облитая бензином. Чья-то невидимая гигантская рука начертила черным дымом на сером небе две руны: приговор и смерть.

Пошли одинокие и удивленные по пустому курорту. Пробовали звонить. А фиг. Не работала связь. Электричество пропало. Переночевали в холле "Ясеня" на маленьком кожаном диване. Ли наотрез отказалась спать в номере. Хорошо, что сохранилась парочка пледов, пыльных и пахнущих плесенью. Создалось впечатление, что с того момента, как они прыгнули через ограждение балкончика, прошло пол тысячи лет... Даниил выкурил четыре сигареты на площадке перед входом. Потянулся, шумно выдохнул, вернулся в холл. Ли переплела косы, пользуясь вместо расчески собственной пятерней. Улеглись в обнимку, долго молчали, и синхронно опрокинулись в тягомотный, муторный сон. Утро началось с сердитой гримасы Ли. Отсутствие зубной пасты, щеток, мыла и полотенец порядочно взбесило чистоплотную девушку. Она, злобно сверкая глазищами, отправилась к морю умываться. Даниил сопротивляться не стал. Был безмерно огорчен тем, что курорт опустел абсолютно. Исчезли не только люди, но и товары на рынке, фрукты на уличных лотках, еда из холодильника в номере! Про предметы туалета он уже вспоминал, и фиг с ними, подумаешь, самое ужасное - пропали сигареты! Абсолютно. Все, кроме трех штук в смятой пачке, притаившейся в заднем кармане джинсов Даниила. Из крана в отеле не удалось выдоить ни капли пресной воды. Случайно попадающиеся на глаза пластиковые бутыли были наполнены только воздухом.

Ли размышляла, или дремала привалившись к боку Даниила. Он спросил несколько часов назад, что она думает по поводу происходящего и услышал подтверждение своих собственных опасений.

-Я не могу вырваться из этого мира. Даже не могу понять настоящий он, или наведенный.

-?

-Иллюзорный, понимаешь? Да? Нет? Реальность? Игра? Параллели теневые какие-нибудь. Не вникаю. Мир ли это вообще?

-А сотворить новый?

Пошутил Даниил, уточняя.

-Более подходящий. С пресной водой, виноградом, бананами? Можешь?

-Место, о котором ты говоришь, уже существует и называется раем. Завтра, максимум послезавтра, ты именно там и окажешься.

Даниил хмыкнул скептически.

-Тоже мне, нашла достойного кандидата... Ко входу даже не подпустят. И не думай. Кто там его охраняет? Отгонит меня, как в щенка швырнет тапочек, или сандалию. Кыш, мол, негодный. Вали отсель. И будешь ты, душа моя, ловить кайф в более подходящей компании. С херувимами, да серафимами.

Ли дотянулась, не больно щелкнула по носу.

-Глупый!

После этого долго не было произнесено ни слова, только дважды, тонкие пальцы Ли находили и стискивали его запястье. В коротком, судорожном пожатии Даниил угадывал поиск опоры, смутную просьбу о помощи. Наклонялся и бережно, чуть касаясь, целовал потрескавшиеся губы. Он бы мог предложить Ли все: свою плоть и кровь, без вопросов! Чтобы поддержать ее силы. Просто знал, что жертва будет с негодованием отвергнута. Слушая гулкое биение собственного пульса, молчал.

В полдень Даниил покончил с последней сигаретой. Пересохшее горло немилосердно саднило. Ли отчего то вспомнила случай из жизни Ангелины Королевой. Поведала. С разными комментариями. Вновь задумалась. Нахмурилась. Умолкла. Тень медленно ползла вокруг катера, и пленники, угодившие в ловушку, приготовленную Хранителями, не спеша передвигались следом. Ни один гларус не вплетал свой гортанный сильный голос в тихую песню волн, набегающих на вымерший пляж. Шум моря и дублирующий его шум в ушах. Подступающее головокружение и подкрадывающаяся слабость. Сухие горячие пальцы Ли погладили Тинэль на мужском плече.