Семен Данилюк - Мужские игры

- И еще, Алексей Павлович, - руль - это, конечно, ваше. Но скупка-то вся под Флоровского "заточена", - продолжая говорить, Подлесный отметил, что Забелин и Лагацкая быстро переглянулись. - Не то чтоб утверждаю. Но живой ведь, а деньжищи неслабые. Тем более, как выяснилось, в Россию он вернулся гол как сокол. Подлесный потащил из папки новый листок.

- Что значит "как сокол"?

- На первом совещании вы дали указание прокачать заграничный период Флоровского, - напомнил Подлесный. - И, стал быть, выяснилось...

- Слушайте, избавьтесь, наконец, от этого вашего "стал быть"! А то Жукович совсем засмеет, - сорвалось у Забелина. Он уже понимал, что сейчас узнает еще одну ошеломляющую новость, и инстинктивно тянул время. Уловил изучающий Юлин взгляд. - Извините. Столько за раз обрушилось. Продолжайте, пожалуйста.

- Продолжаю, - кивком Подлесный подтвердил, что причину срыва понял, и - не в обиде. - В Штатах Флоровский сошелся с каким-то американцем, работающим на ценных бумагах. Фамилию пока не узнал. Уговорил стать компаньонами. Одно время действительно неплохо заработали. Но полгода назад... Там не совсем понятно, как именно произошло, Флоровский...

- Проиграл всё в казино? - попытался угадать Забелин.

- Казино? - Подлесный заглянул в свой поминальник. - Нет. Просто есть информация, что все заработанные деньги Флоровский без согласования с компаньоном поставил на одну сделку, и - неудачно. Всё потеряли.

- То же самое. Только вид сбоку.

- В общем в Россию приехал пустой. И вроде даже остался должен, - почти сочувствующе закончил доклад Подлесный. - Я к тому: компания, куда деньги заводим, под ним. А ну как "кинет" нас, как того американа? Опять же с Власовой у них какие-то шуры-муры. А та, в свою очередь, с Петраковым этим повязана. - Вот это винегрет, - озадаченно произнесла Юля. - При таких вводных надо пока не поздно закрывать позицию и уносить ноги.

- Молодцы. Быстро схватываете, - сквозь зубы одобрил Забелин. - Ретиво. Только вот мне, дураку, пока ничего не ясно. Что касается Флоровского, нам-то как раз выгодно, что он "пустой". Лишний стимул заработать. А Власова... Полагаю, что и здесь все не так уж сумрачно вблизи.

Он подтянул к себе телефон, не глядя, набрал номер, лукаво подмигнул насторожившимся сотрудникам и озарился радостью:

- Натуська! Привет, дорогой человечек. Это Алеша.

С улыбкой выслушал встречный поток слов, не без труда вклинился:

- Ну, извини подлеца. Захлопотался. Столько дел, что жить не успеваешь... Что значит - с кем? Вижу, общение с Максом на тебя дурно действует. Просто жить, Натуля. Вспомнил как раз посиделки наши на Котельниках с портвешком. И так захотелось увидеться. Прямо там же... Можно для первого раза без портвешка. Тем более теперь такого не делают. Но прямо сейчас. А то до вечера просто-таки истеку ожиданием... Что значит "с чего бы"? Отвечаю конкретно и исключительно по существу - соскучился.

Скосившись, уловил с удовлетворением ставшее колючим лицо Юли.

Выслушал новый словесный поток.

- Всё больше убеждаюсь, что хваленый ум мужчин лишь иллюзия, которую им в своих интересах внушают женщины. Конечно, ты права - это важно. Отчасти и о Максиме... Есть, через полчаса буду.

- Это нельзя делать, - едва он положил трубку, произнесла Юля. - Это категорически нельзя делать.

Подлесный подтверждающе кивнул:

- Как только вы раскроетесь, она передаст Петракову, а тот - Мельгунову, что скупка акций затевается в интересах банка "Возрождение", а Флоровский - наш внедренный агент. И на этом все планы стратегического поглощения грохнутся.

- Наверное, вы правы. Но ваша правда - правда момента.

- Проколемся мы тоже моментом, - отреагировал Подлесный. - Но накрепко.

- Тогда пойдем пиво пить, - процедил Забелин. - Флоровский, к вашему сведению, не агент. И Власова не объект наблюдений. Друзья они мне. Есть работа. Есть жизнь. Жизнь - это те люди, что нас окружают, что дороги нам. Так вот, если выбирать по интересам, я наработался вволю. Так что скоро и друзей вовсе не останется. А посему выбираю жизнь.

Заключив диковинную эту фразу общим разудалым жестом, он раздвинул застывших плечо в плечо соратников и вышел.

- Думаю, можно паковать чемоданы, - мрачно оценил услышанное Подлесный.

Лагацкая со странным выражением лица промолчала.

На самом деле вовсе не было в Забелине той уверенности, что так лихо продемонстрировал он перед Подлесным и Лагацкой. Правда, относительно Максима не слишком удивился. Этот, даже если грабители начнут выбивать из него деньги, под пыткой будет из себя богатея изображать. Потому что натура такая: легче сдохнуть, чем признаться, что где-то и что-то у него не получилось. А вот насчет Власовой все сходилось, и записанный подлесновскими слухачами разговор лишь подтвердил то, что выглядело ранее невероятным, - Наталья, которую запомнил порывистой, мечтательной, за эти годы одиночества, должно быть, надломилась в вечном задыхающемся своем беге.