Павел Вадимов - Лупетта

Пропустите их через все эти пытки, пока с их головы не выпадет последний волосок, пока они не подавятся собственным языком и не раздерут ногтями свою продавленную грудь, чтобы заткнуть, заткнуть этот лживый вибрирующий комочек, заставивший их воспевать случайные формы обманчивой майи.

Пытайте их беспощадно, пытайте до тех пор, пока с их глаз не спадет романтическая пелена, а зрачки не станут отражать лишь мертвую пустоту нашего бытия.

Только помните одно. Палачи со стажем предупреждают: если переусердствовать с пытками, жертва может начать испытывать наслаждение от самой невыносимой боли.

Вот кем бы я никогда не хотел оказаться, так это близким другом онкологического больного. При любом ином, более оптимистическом диагнозе все было бы куда проще. Накупил бананов-мандаринов, пивка или чего покрепче и — вперед. Когда там сегодня приемные часы? Ага, успеваем. Взял у бабки в гардеробе синий комок бахил, натянул их на грязные ботинки и, морщась от ударившего в нос запаха больничной стряпни, отправился на поиски нужной палаты. Мимо ковыляют манекены с небритой щетиной и желтой тоской в глазах, со следующей недели обязательно брошу курить и снова начну бегать по утрам.

Ага, это здесь. Постучав для приличия, заглянул в дверь, оторвав приболевшего друга в пузырящихся на коленях трениках от замусоленного кроссворда.

—Привет, симулянт, ну что, помирать собрался?

—Не дождетесь!

—На, это тебе, жри и поправляйся!

— Ну ты накупил, здесь же холодильника нет, все испортится...

— А ты сразу все схавай, чтоб не гнило, начинай прямо сейчас.

— Да погоди, успеется, ты лучше скажи, кроссворды новые притащил?

— Тьфу ты, блин, Ленка отложила в коридоре газеты, а я и забыл...

—Ну как всегда, а еще друг называется...

— Не злись, в следующий раз притараню. Давай рассказывай, долго тебя здесь коновалы пытать будут?

—Говорят, на следующей неделе выпишут.

—Так ведь это надо отметить!

—Взял?

—А ты как думаешь?

— Пошли тогда на черную лестницу, если рвачи увидят, такой пердеж поднимут... И куда опять тапки подевались, посмотри под кроватью, а то мне больно наклоняться...

— Ну, ты, блин, инвалид, я бы на месте коновалов тебя давно в расход отправил!

— Вот когда сам загремишь сюда после получки, я на тебя посмотрю!

—Типун тебе на язык!

— А-а-а, испугался, погоди, давай сюда, под лестницу, береги темечко...

— Ну, за твое здоровье!

— Нет, погоди, Посмотри, там никто не идет? Теперь можно... Э-э-х, хор-р-рошо пшла!

—Я смотрю, ты на глазах поправляешься.

—Так это ж лучшее лекарство, е-мое!

А с раковой шейкой все не так, все не так. Вот почему вы навещаете раковую шейку так редко, изыскивая любой повод, чтобы уклониться от визита... Нет-нет, я не расстраиваюсь, ни капельки не расстраиваюсь, клянусь катетером. По мне, лучше бы вообще не приходили. Думаете, приятно видеть ваши вытянутые лица, когда вы прячете глаза, ерзая на ободранном стуле? Думаете, я не замечаю, как вы прикидываете, сколько мне осталось, выдавливая из тюбиков ртов насквозь промокшие от лжи слова ободрения? Думаете, я не чувствую, как в вашей груди екает нутряной страх от близкого соседства с тем, кто взвешен и признан легким?

А ты сегодня лучше выглядишь, нет, вправду лучше (о господи, как он изменился, я даже сначала не узнал, лысый, как колено). И цвет лица у тебя стал здоровее (какая желтая кожа, а эти ввалившиеся глаза, главное — не подавать виду). Так это и есть твои капельницы, ну ничего страшного, я думал, все гораздо хуже (только не смотреть на его плечо, из которого торчит эта дурацкая коряга с проводами). Я тут тебе фруктов принес, что, даже от бананов тошнит (уже и фрукты не ест)? Ну ладно, я оставлю, может быть потом захочется... хорошо-хорошо, как скажешь, заберу с собой (чего он злится, как будто я виноват в том, что он заболел). Ну, рассказывай, как себя... как ты... (боже, о чем спросить-то). Я, смотрю, вам тут ширмы выдают, может и мне для тебя попросить, удобно ведь, можно от соседей отгородиться... Прости пожалуйста, я не думал, что это только для них (какой кошмар ну и ляпнул, лучше бы вообще молчал!). М-м-м, тебе еще что-нибудь надо, может книжки какие-нибудь принести, совсем не читаешь, а это зря, правда зря, я бы на твоем месте... (что я несу!!!). Что ты сказал, не слышу, погоди, дай наклонюсь (ну и запах!). Хочешь побыть один? Хорошо-хорошо, мне уже и так пора идти, ты только держись, обещаешь, скажи, ведь ты на меня не обиделся из-за ширмы, я ведь не знал, нет, честно, не знал...