Полина Дашкова - Качели (сборник)

Катюша росла. Медленней, чем другие, здоровые дети, но все-таки росла. К десяти годам в прогулочной коляске ей стало совсем тесно.

– Инвалидная нужна, – заметила как-то Клавдия.

– Нужна, разумеется, – улыбнулась, глядя на нее снизу вверх, Катя, – но только это очень дорого. И у нас здесь не купишь.

– В Москву надо ехать, – авторитетно заметил муж Клавдии Василий, – там можно хорошую купить, настоящую. Такую, что на много лет хватит. На всю жизнь. Есть специальные, с автоматическим управлением. Вот такую бы...

Наталья промолчала. Зачем говорить о том, чего не будет никогда? Чтобы поехать в Москву и купить Кате настоящую инвалидную коляску, нужны такие деньги, которые здесь, в поселке, и не снились никому.

Однако в жизни иногда все-таки случаются вещи, которые не могут присниться. Наталью Сергеевну пригласили в Москву на ежегодное торжество, посвященное лучшим учителям России.

Она не могла уснуть несколько ночей подряд. Ее будет награждать министр, а может, и сам Ельцин в Колонном зале. Ее покажут по телевизору. Но главное, ей дадут премию – долларов пятьсот. Директор школы Петр Анатольевич выяснил, где и как можно купить инвалидную коляску с автоматическим управлением по льготной цене, то есть именно за пятьсот долларов, оформил необходимые документы, с кем-то договорился. Теперь у Кати будет отличная удобная коляска.

Собираться Наталья Сергеевна начала заранее, за месяц. Поездка в Москву была для нее космическим путешествием, полетом на другую планету. За свои сорок лет дальше областного центра путешествовать Наталье Сергеевне не приходилось.

– Ты там за кошельком следи, деньги глубже прячь, – говорила соседка Клавдия, – в дорогие магазины не суйся. Покупай все на рынке.

– Ага, конечно, – хмыкал Василий, мужик хозяйственный, умеренно пьющий, – частный сектор самый дорогой. Наталью надуют, обдерут, как липку. А милиция там вся купленная, на услужении у воров-торговцев. Пусть в ГУМ сразу едет, в государственный магазин.

– Ну, ты-то у нас самый умный, – поджимала губы Клавдия, – скажешь тоже! В ГУМ! Там такие цены, что она сразу в обморок упадет.

Василий и правда считал себя самым умным, во всяком случае, в том, что касалось далекой и неведомой жизни огромных инопланетных городов, Москвы и Питера. Двадцать лет назад, отслужив в армии, он возвращался домой через Ленинград, провел там двое суток и до сих пор любил за рюмкой вспоминать, как потерялся и нашелся на шумном, залитом разноцветными огнями Невском проспекте. Как ел шницель по-министерски в ресторане на Финляндском вокзале, пил липкий, мутно-розовый ликер с каким-то мудреным названием, познакомился с двумя финнами, настоящими иностранцами, и долго беседовал с ними о жизни непонятно на каком языке.

– Да я вообще не особенно по магазинам буду ходить, – объясняла Наталья Сергеевна, – мне главное коляску для Катерины купить, а остальное – это уже как получится.

Москва оглушила ее не только толчеей, суетой, но и равнодушием. Иногда она ловила на себе случайные взгляды, ледяные, скользкие, и чувствовала себя такой некрасивой в стареньком ярко-розовом плаще с вытертыми рукавами, в зеленых стоптанных туфлях с блестящими пряжками. Дома, на Камчатке, все это выглядело вполне нормально, даже нарядно. Наталья Сергеевна любила яркие, радостные цвета. А здесь, в Москве, яркость эта вдруг показалась неприличной, попугайской какой-то.

Торжество в Колонном зале нахлынуло и промелькнуло, как сон. Наталья Сергеевна растерялась в шумной толпе, стеснялась нелепого провинциального платья, желтого, с красной косой полоской от плеча до подола. Сидя в зале, хлопала в ладоши вместе со всеми. На сцену для вручения премии ее так и не пригласили. Деньги она получила на следующее утро, в какой-то министерской конторе, и сразу отправилась по адресу, который написал ей на бумажке директор школы.

Фирма, торгующая инвалидными колясками, находилась неподалеку от торгового комплекса «Лужники». Наталья Сергеевна выложила перед бойким молодым человеком справки, подтверждающие ее право на льготную цену, хотела уже достать заветную сумму, но молодой человек стал уговаривать ее не спешить, хорошо подумать. Он объяснил, что если добавить еще немного, всего сто долларов, то можно купить коляску в два раза лучше, совершенней, причем это получится в три раза дешевле реальной цены, так как именно сейчас фирма проводит очередную распродажу.

Кроме пятисот долларов на коляску у Натальи Сергеевны были еще деньги, которые дали ей Клавдия с Василием на видеомагнитофон. Имелась определенная сумма на доставку багажа, кое-что на мелкие покупки для них с Катей, для коллег и соседей. В общем, все рассчитано до копейки. Но молодой человек продолжал уговаривать, показывал модели колясок, подробно объяснял разницу.