Анатолий Сигов - Игры хакеров

Дома ее уже дожидалась Оля. На следующий день был аукцион, и Максимус психовал, что ее последние работы еще не внесены в каталог. А в Америке уже начинался день, и люди должны быть заранее ознакомлены с тем, что будет предлагаться для продажи. Витас тоже что-то лихорадочно доделывал. К каждому РС стояла очередь. После тишины ресторана ей казалось, что она попала в палату для душевнобольных. Но за этой суетой стояли деньги. Реальные деньги, которые они зарабатывали в другой жизни, что позволяло им выживать в этой.

Потом все работы были внесены в каталог, суматоха улеглась, и у них осталось целых 24 часа, когда не нужно было спешить, когда уже ничего не исправишь. Единственным их желанием в ночь перед аукционом было хорошенько выспаться.

Они расселись и передавали по кругу косячок, чувствуя, как отпускает напряжение и затуманивается мозг. Максимус рассказывал, какие забавные лоты он получил, и все смеялись. Но по-серьезному количество выставленных лотов превышало предыдущий аукцион, и каждый подумал, хотя и не сказал этого вслух, что сумма пятипроцентной комиссии, которую Максимус брал с продаж, будет впечатляющей. У них была негласная договоренность ничего не говорить о деньгах до аукциона, и они ее соблюдали.

Стали слипаться глаза, Оля засобиралась домой, всем хотелось провалиться в пустоту и не выныривать из нее до завтрашнего дня.

На следующий день после аукциона пришлось ехать к Китайцу. За ночь ушли все остатки ОМ, и Максимус знал, что вскоре он вновь понадобится.

Вчера был повод для празднования. Эммануэль продала все, что выставила, и по хорошим ценам. У него больше половины лотов тоже были проданы, и он рассчитывал на приличные комиссионные. Торги за очередной мавританский дворец Витаса были настолько успешными, что Максимус сразу же после аукциона скупил все оставшиеся участки в арабском районе, потому что знал, что даже в виртуальном пространстве арабы селятся рядом друг с другом, и когда Витас понаставит там своих дворцов, то появятся желающие, которым понадобятся участки рядом и которым придется заплатить Максимусу двойную цену за свое желание. Конечно, он понимал, что вся прибыль делится на четверых, но если согласовывать покупку с тремя компаньонами, то обязательно найдется сомневающийся, а так он контролирует ситуацию и влияет на политику внутри сообщества.

Он давно не был на рынке и обнаружил, что смотрит на него уже другими глазами. Раньше казалось, что здесь кипит коммерция и это – то самое место, где можно собрать стартовый капитал, чтобы заварить что-либо серьезное. Сейчас он понимал, что настоящие площадки для заработков находятся в других местах, и был искренне рад, что ему удалось отыскать одну из них.

– Давно не заходил. Зачем пришел? – встретил его Китаец.

При этом его лицо от улыбки покрылось сплошной сетью морщин, а глаза превратились в две узкие щелочки. Невозможно было понять, сколько ему лет: то ли тридцать, то ли шестьдесят. Внутри скучала девочка, которая для прикрытия числилась у него продавцом, а сам Китаец представлялся грузчиком.

– Пойди погуляй! – распорядился Китаец, и девочка исчезла.

Максимус изложил свои пожелания по количеству и по ценам. Китаец разулыбался еще больше, и глазки совсем исчезли.

– Большим человеком стал, – признал он. – А деньги есть?

Пришлось, как это водится, на секунду продемонстрировать толщину пачки купюр и тут же убрать ее. Торговля по ценам продолжалась минут десять. Китаец, по-видимому, догадывался, что у него не было надежных поставщиков, и уступал неохотно. В конце концов, Максимусу это надоело, и он согласился, потому что рассчитывал отыграться на Боровке из выпускного класса, который прислал ему уже две эсэмэски.

Китаец подозвал азиатского мальчика, который крутился поблизости, дал ему какую-то команду, и тот исчез.

«Хорошо у него все организовано!»

Мальчик появился минут через пять с черным полиэтиленовым пакетом в руках. Китаец запер павильон изнутри, и начался акт приема-передачи товара. Это был самый напряженный момент, и у Макса отлегло на душе, когда он наконец вышел на воздух из духоты павильона, для вида забитого всяким пыльным хламом.

Следующим этапом был Боровок. Они встретились на обычном месте, и, как всегда, обошлось без приветствий. И тот и другой презирали друг друга. Максимус всегда ожидал от Боровка какого-нибудь подвоха, и не ошибся.

– «Крокодил» торкнул? – для начала спросил Боровок.