Дороти Мэкардл - Тайна «Утеса»

Я с удовольствием отметил, что у священника были такие же сомнения, как у меня: он дотошно расспрашивал нас о подробностях и очень многое сразу отверг; однако в конце концов он медленно покачал головой, и в голосе его прозвучало сочувствие:

— Какие-то проявления прошлой жизни, несомненно, существуют, особенно проявления чего-то необъяснимого. Боюсь, вы убедитесь, что в этом доме жить нельзя.

Я очень огорчился и промолчал, а Памела спросила дрогнувшим голосом:

— Неужели ничего нельзя сделать, отец?

— У всех у нас есть возможность молиться, дочь.

— Но может быть, — настаивала она, — нам следует попробовать разобраться, попробовать что-то предпринять.

— Прежде всего, вам самой не надо тревожиться. — Он помолчал. — Ну и, на крайний случай, существует экзорсизм [15] Экзорсизм (греч.) — служба, проводимая священником изгнания злых духов, нечистой силы. .

Я почувствовал, что все во мне противится этому совету. Одна мысль об изгнании злых духов вызывала у меня отвращение, она припахивала суеверием, дьяволом и адским пламенем.

— А вы не думаете, отец, — снова обратилась к священнику Памела, — что можно что-то сделать, чтобы мятущийся дух обрел покой.

Он улыбнулся:

— Можно, если здесь действительно обитает этот дух и если у вас хватит веры и мужества.

— А кроме того, знаний, — добавил я. — Мы очень мало знаем о Мередитах. Похоже, капитан не желает иметь с нами ничего общего, он даже не разрешает своей внучке приходить к нам, а на сплетни, которые распускают в деревне, полагаться нельзя.

— Спрашивайте меня обо всем, что вам хотелось бы узнать, — ответил священник, — может быть, мои ответы будут несколько сдержанны, но вы же понимаете, я не все имею право рассказывать.

Памела сразу спросила напрямик:

— Мери Мередит умерла в результате несчастного случая?

— Насколько я знаю, да, — ответил отец Энсон, — насколько я знаю.

— А были сомнения? — продолжала Памела.

— У мисс Холлоуэй, как мне кажется, сомнения в причине происшествия были.

— А как вы считаете, могла ли эта девушка — Кармел — толкнуть Мери?

— Это маловероятно, но поскольку она была в страхе и отчаянии, все могло случиться.

Я спросил его, знал ли он Кармел. Он склонил голову.

— Она была одной из моих прихожанок. Значит, Кармел была католичка. Это удивило меня: я считал эту девушку цыганкой, язычницей.

Когда я спросил, была ли она привлекательной, отец Энсон помедлил, а потом ответил:

— Наверно, многих восхищает такой тип: яркие глаза, яркий цвет лица, пленительная улыбка.

— Правда ли, что она была натурщицей у Мередита?

— Да. Говорили, что она была танцовщица, но много позировала ему в Испании.

— Это, разумеется, было до его женитьбы? Вам ничего не известно об их интимных отношениях? — спросил я.

Он ответил на первую часть моего вопроса:

— Как раз перед свадьбой. Именно в это время он встретил Мери Мередит. Из-за слабого здоровья она проводила зиму в Севилье и изучала искусство. После свадьбы она настояла на том, чтобы вернуться в Англию. Мери была очень привязана к отцу и не хотела оставлять его одного. Капитан подарил им «Утес».

— И они привезли с собой Кармел? Это кажется странным! — воскликнул я.

— Да, по-моему, Мередит утверждал, что не может остаться без натурщицы, а Мери, — священник покачал головой, — знаете, большая душевная щедрость редко сочетается с житейской мудростью, а Мери любила поступать великодушно.

— Я все думаю, была ли она счастлива? — спросила Памела.

— Мередита, во всяком случае, эта мысль мало занимала, — ответил священник.

— Понятно.

Памела задумалась. Я был расстроен. Неужели в доме не затихают страдания женщины, знавшей, что ей изменяют? Если это так, что нам делать?

— А Кармел? Она жила тут долго?

— Она приезжала дважды. В первый раз месяцев на шесть, потом зимой они все уехали за границу. У Мери было плохо со здоровьем, а зимы здесь суровые. Весной они вернулись, то есть вернулся Мередит с Мери и с дочкой, она родилась во Франции.

— Стелла?

— Да, маленькая Стелла. Мне говорили, что Мередит был привязан к ней, хоть это с ним в какой-то мере примиряет. Других детей у них не было.

— А что сталось с Кармел? — спросил я.

— Мери нашла ей место в Париже — по-моему, она стала манекенщицей. Насколько я знаю, ей платили хорошо и фирма была солидная. Мери придавала таким вещам большое значение. Протестантам, — добавил он, — обычно свойственно чувство ответственности за их подчиненных, этому не мешало бы поучиться кое-кому из исповедующих нашу веру. Кармел оставалась во Франции два года или меньше, а потом все бросила.