Никколо Амманити - Я не боюсь

– Потому что они существуют.

Я застыл с открытым ртом.

– Существуют? Папа сказал, что не существуют.

– Они живут в Америке. – Сальваторе взял с полки Большую энциклопедию зверей и пролистал ее. – Вот они. Смотри. – И передал мне книгу.

На цветной фотографии был изображен зверек, похожий на лисицу. С белой мордочкой. На глазах – черная маска, как у Зорро. Однако зверек был более лохматый, чем лисица, и лапы у него были намного короче, и он мог брать ими вещи. Этот в передних лапках держал яблоко. Это был очень симпатичный зверек.

– Значит, существуют…

– Конечно. – И Сальваторе прочел: – «Енот-полоскун, Procyon lotor , зверек с коренастым телом, заостренной мордой и большой головой, с большими глазами, окруженными черными пятнами. Шкурка серого цвета. Очень длинный хвост. Живет в Канаде и Соединенных Штатах. Прозвище получил за забавную привычку полоскать пищу, перед тем как съесть ее».

– Он не тряпки стирает, а еду…

– Вот как. – Я был потрясен. – А я ему сказал, что их не существует…

Сальваторе спросил меня:

– А почему его там держат?

– Потому что не хотят отдать его матери. – Я схватил его за руку. – Хочешь пойти посмотреть на него? Мы можем пойти прямо сейчас. Идем? Я знаю короткий путь… Займет мало времени.

Он мне не ответил. Сложил коробки в ящик, свернул футбольное поле.

– Ну что? Идешь?

Он повернул ключ и открыл дверь.

– Не могу. Учитель приедет. Если я не подготовлю урока, он скажет этим двум, и такое начнется…

– Ты что? Не хочешь посмотреть на него? Тебе не понравилась моя тайна?

– Не очень. Мне неинтересны сумасшедшие в ямах.

– Но ты дашь мне «Виченцу»?

– Забирай. Мне неприятен твой секрет. – Он сунул коробку мне в руку и вытолкнул меня из комнаты. И закрыл дверь.

Я крутил педали к холму и недоумевал.

Как может быть ему неинтересен ребенок, сидящий на цепи в яме? Сальваторе сказал, что мой секрет ему неприятен.

Не надо было ему рассказывать. У меня больше не было тайны. А что я этим выиграл? «Виченцу», которую кто-то сглазил.

Я поступил хуже Иуды, который променял Иисуса на тридцать сребреников. Кто знает, сколько команд можно купить на тридцать сребреников…

В кармане у меня лежала коробка. Она мешала мне. Углы впивались в кожу. Нужно было бы выбросить ее, но не хватало духу.

Мне захотелось вернуться назад во времени. Я бы отдал пирог синьоре Скардаччоне и ушел, не заходя к Сальваторе.

Я взлетел на холм с такой скоростью, что, когда подъехал к месту, меня чуть не рвало.

Я оставил велосипед у подножия, остаток пути проделав бегом среди колосьев. Казалось, сердце выскочит из груди, и я был вынужден сесть под дерево, чтобы отдышаться.

Когда я почувствовал себя лучше, я огляделся, нет ли где Феличе. Не было никого. Я вошел в дом и взял веревку.

Сдвинул лист и позвал:

– Филиппо!

– Микеле! – Он весь задергался. Он ждал меня.

– Я пришел, видишь? Видишь, вот он я!

– Я знал это.

– Тебе сказали это медвежата-полоскуны?

– Нет. Я знал это. Ты же обещал.

– Ты был прав: полоскуны существуют. Только не медвежата, а еноты. Я прочитал это в книжке. Я видел даже их фотографию.

– Красивые, правда?

– Очень. Ты когда-нибудь видел хоть одного?

– Конечно. Слышишь? Слышишь, как они свистят?

Я не слышал никакого свиста. Ну что тут скажешь? Он ненормальный.

– Спустишься? – спросил он.

Я ухватился за веревку:

– Иду. – И спустился в яму.

В ней царил порядок. Ведро пусто. Кастрюлька полна воды. Филиппо завернут в то же ужасное покрывало, но выстиранное. Щиколотка перевязана бинтом. И на ней больше не было цепи.

– Тебя помыли!

Он засмеялся. Вот зубы ему не почистили, заметил я.

– Кто это сделал?

Одной рукой он прикрывал глаза.

– Властелин червей и его прислужники-карлики. Они спустились и вымыли меня всего. Я им сказал, что они могут приходить мыть меня, когда им захочется, но ты их все равно поймаешь, и что они в любое время, когда захотят, могут убежать, но ты будешь преследовать их много километров без устали.

Я схватил его за руку:

– Ты назвал им мое имя?

– Какое имя?

– Мое.

– А как тебя зовут?

– Микеле.

– Микеле? Нет…

– Но ты только что меня назвал…

– Тебя зовут не Микеле.

– А как?

– Долорес.

– Мое имя не Долорес. Я Микеле Амитрано.

– Это ты так говоришь.

Мне казалось, что он шутит.

– Ну и что ты сказал властелину червей?

– Я ему сказал, что мой ангел-хранитель поймает их.

Я облегченно вздохнул.