Елена Котова - Легко!

– Я боюсь пропустить хоть мгновение, когда ты рядом. Хочу вот так лежать и всю ночь смотреть на тебя, как ты спишь со мной рядом. Можно я буду называть тебя «моя маленькая принцесса»?

«Как сентиментально, прямо „Страдания юного Вертера“, а ему за пятьдесят», – подумала Анна и снова заснула.

Воскресенье было идиллическим. После завтрака с круассанами и газетой Хельмут снова припал к ней, и тут в первый раз Анна почувствовала, что секс с ним совсем неплох. Потом они поспали, послушали музыку, выползли на улицу, зашли на ланч в итальянскую пиццерию, которую всегда посещала Диана с детьми и где висела картина, на которой было изображено, как принцесса Уэльская наблюдает за приготовлением пиццы. Потом дошли до Гайд-парка. Хельмут раскрыл руки и побежал по лужайке:

– Смотри, я лечу! Я летаю от счастья. Я счастлив, как еще не был ни разу в жизни. Ты заставила меня летать!

Анна уже не знала, что сказать и что подумать. Это было слишком. Взрослые мужчины так не выражают свои чувства. Но ведь приятно тем не менее…

Хельмут вернулся в воскресенье домой, дрожа от счастья. Через пару дней они снова встретились, и он снова летал. Потом – опять. Он позвонил налоговому консультанту, что не прилетит в выходные в Берлин – много работы – и подождет, когда они встретятся в Лондоне еще через две недели. В субботу он повел Анну в оперу слушать «Богему», горделиво фланировал с ней в антрактах. Такой женщины у него точно никогда не было. После снова была восхитительная ночь и еще одно ленивое воскресенье у него дома.

Они гуляли по Челси, и Анна радовалась, что наконец-то она осваивает этот волшебный район, куда раньше ее маршруты как-то не пролегали. Запахи весны в воздухе, на деревьях только-только начали раскрываться почки. Пальмы в садиках. Домики как наманикюренные. Теплый ветер. Хельмут остановился, а она по инерции прошла еще два шага, прежде чем оглянуться:

– Что?

– Просто смотрю на тебя, малыш.

– О боже! «Касабланка». Ты такой… такой. Нельзя сказать ничего сильнее этого: Here’s looking at you, kid. Это чудо.

– Я просто смотрю на тебя. Это ты – чудо.

Он опять целовал и целовал ее. При дневном свете, стоя посреди улицы, немолодой уже мужчина. Ей все это казалось каким-то театром. Неестественно. Что это за внезапно вспыхнувшая страсть? С такими словами?.. Мило, конечно, мило, очень приятно, не надо лукавить. Но это же мелодрама, кино. Так не бывает. У нее мурашки по телу не бегут, голова не кружится. Приятно, но не более того.

На следующий уик-энд Хельмут взял напрокат машину и повез Анну за город. Он вел автомобиль на высокой скорости, спокойно и уверенно, но совершенно без риска, соблюдая правила и держа руль обеими руками. При этом совершенно не напрягался, прислушивался к даме по имени «навигация», но не прерывал ни на секунду свой разговор с Анной. Они обсуждали английскую природу и обилие замков.

– Сколько нам еще надо увидеть, – обронил Хельмут.

Он снял номер в пятизвездочном отеле, похожем на замок, стоящий посреди долины и, как обычно, утопающий в зелени. Привычное для Англии бывшее семейное гнездо разорившихся аристократов, переделанное в нелепый, но роскошный отель. Огромные комнаты. Их – лучшая, угловая: кровать с балдахином, старомодная ванная комната с мраморным полом. На столиках минеральная вода и графинчик с неизменным виски. На ужин в отеле приглашали к восьми. Официанты разносили блюда и напитки в белых перчатках. Идиллические ландшафты, тишина, покой, живописный ручеек с мостками в двух шагах от отеля. Из-под лежащего пятнами талого снега пробивалась весенняя трава. Долгие прогулки в резиновых сапогах.

– Все такое английское, – сказал Хельмут, – английская сельская идиллия. Нигде больше в мире такого нет. И я с тобой. Ты моя маленькая принцесса.

Анне казалось, что в каком-то родовом английском поместье индийский кинорежиссер снимает фильм в стиле ретро. Ощущение нереальности не покидало.

Иначе и быть не могло. Такова жизнь. Сказка длилась недолго. Чаще всего она возникает, когда мужчина на охоте за тобой. Поэтому, когда еще через неделю Хельмут сказал, что на выходные будет занят с налоговым консультантом, Анна не удивилась и не расстроилась, а просто хмыкнула. Вот теперь всё стало на свои места. С пятницы до понедельника он ни разу не позвонил, не прислал ни одного текста. А во вторник без звонка явился с улыбкой до ушей, полный любовной дрожи. Это было слишком.

– Только не говори, что скучал. Ты ведь был с… ну, со своей подругой.