Артур Хейли - Детектив

Молчание длилось не более секунды, Хэмбрик объявил:

— Время! В коридоре вас ожидает мистер Бетел, — сообщил он Эйнсли. — Я попросил его проводить вас на места для свидетелей. Нужно торопиться.

Двое надзирателей уже подняли Дойла на ноги. Он странным образом преобразился, как-то распрямился и не был похож на самого себя пять минут назад. Он покорно дал себя увести, неуклюже прошаркав к двери. Эйнсли вышел следом. Ожидавший снаружи охранник с именем БЕТЕЛ на пристегнутом к нагрудному карману рубашки значке обратился к нему:

— Прошу следовать за мной, сэр.

Быстрым шагом они направились в ту сторону, откуда Эйнсли пришел, по длинным железобетонным коридорам, потом обогнули зал казней и остановились перед гладкой стальной дверью. Рядом с ней стоял охранник в чине сержанта, державший папку для бумаг.

— Назовите свое имя, пожалуйста, — попросил он.

— Эйнсли. Малколм Эйнсли.

Сержант нашел его в списке и сделал отметку со словами:

— Вы последний, все уже в сборе. Но мы приберегли для вас горяченькое местечко.

— Не пугай человека, сержант, — пробасил Бетел. — Никакое оно не горяченькое, мистер Эйнсли.

— Ах, в этом смысле! — расплылся в улыбке сержант. — Тогда, конечно, такое местечко забронировано за самим Дойлом. Но он лично просил посадить вас так, чтобы вам было лучше всех видно. — Он смерил Эйнсли оценивающим взглядом. — А еще он считает, что вы — ангел отмщения Господня. Это верно?

— Я только помог ему попасть на электрический стул, и таким, вероятно, он меня теперь видит. — Эйнсли этот разговор не доставлял удовольствия, но он должен был сделать скидку на то, что этим парням приходится ежедневно работать в казематах, так что желание иной раз почесать языки им простительно.

Его провели внутрь зала. Здесь все было так же, как три года назад. Пять рядов металлических кресел с откидными сиденьями были уже почти заполнены — присутствовали двенадцать официально назначенных свидетелей, которых Эйнсли встретил по своем прибытии сюда, примерно столько же журналистов и несколько специально приглашенных гостей, чьи кандидатуры утвердил губернатор штата.

По трем сторонам помещения для свидетелей стены были до половины стеклянные, сделаны из особо прочного, звуконепроницаемого стекла. Сквозь него открывался вид на зал казней, центром которого был сам электрический стул. Сработанный из дубового бруса, о трех ногах, он действительно напоминал «взбрыкнувшую лошадь», с которой его не раз сравнивали. Стул, который изготовили сами заключенные в тысяча девятьсот двадцать четвертом году, когда по новому закону штата Флорида смертную казнь через повешение сменил электрошок, был намертво привинчен к полу. Его высокая спинка и широкое сиденье покрывал толстый слой черной резины. Два вертикальных деревянных столбика образовывали подголовник. Шестью широкими кожаными ремнями приговоренного прочно прихватывали к стулу, чтобы он не смог пошевелиться.

В полутора метрах от стула возвышалась кабина палача, полностью закрытая, с узким прямоугольным прорезью-окошком. К этому времени палач должен был уже находиться на месте в мантии и закрытом наглухо капюшоне — личность его сохранялась в строжайшей тайне. В нужный момент, получив сигнал снаружи, он повернет красную рукоятку рубильника и пронзит двумя тысячами вольт электрический стул и того, кто имеет несчастье его занимать.

В зале казней крутилось несколько человек. Тюремный надзиратель сверял свои часы с большими настенными, на которых было уже шесть пятьдесят три. Негромкий гул голосов в комнате свидетелей постепенно затих, и большинство из тех, кто там находился, не без любопытства проследили, как сержант из охраны проводил Эйнсли к креслу в самом центре первого ряда.

Эйнсли сразу заметил, что рядом с ним по левую руку сидит Синтия Эрнст, но она ничем не показала, что заметила его, глядя прямо перед собой. Посмотрев дальше вдоль ряда, Эйнсли, к немалому своему удивлению, увидел Патрика Дженсена; тот встретился с ним глазами и чуть заметно ему улыбнулся.

Неожиданно все в зале казней пришло в движение. Те пятеро, что уже находились там, построились в колонну по одному в затылок друг другу. Первым встал лейтенант, руководивший всей процедурой, за ним — два надзирателя, врач, державший небольшой кожаный саквояж, последним — юрист из прокуратуры штата. Тюремный электрик разместился за спинкой электрического стула рядом с толстыми кабелями, по которым скоро должен пойти ток.