Марта Кетро - Книга обманов

— Да, и она кажется совершенно аморфной и неуправляемой.

— Это комплимент моей работе, спасибо. Всякого рода стихийные флэшмобы; шокирующие факты, которые обнародуются в каком-нибудь крошечном частном блоге, а потом непостижимым образом разлетаются по всему миру, круша репутации; внезапная поддержка населением непопулярных решений правительства... — сталкивались когда-нибудь с такими удивительными явлениями?

— Конечно. И это — вы?

— Да. Большая часть «неуправляемых» процессов тщательно контролируется.

— Серый кардинал... И чего вы ждёте от меня?

— Нужных слов в нужный момент. У вас ведь есть блог? И к нему сейчас приковано самое пристальное внимание. Если Марджори Касас обронит пару слов по какому угодно поводу, это произведёт потрясающее впечатление.

— Хотите, чтобы я, между прочим, писала о «невероятных сырках от sweety kitty»?

— Зачем же так грубо. Разве что пожелаете легко заработать кучу денег, но я полагаю, для этого у вас найдётся много других способов. Например, фото. — Он съязвил, и Мардж это понравилось. — А я предлагаю настоящую власть над умами, а не только над членами. Ваша фраза — и одна фирма разоряется, а другая богатеет. Или где-то меняется правительство...

— Заманчиво. Но есть один вопрос.

— Слушаю.

— Вся история со мной: появление новости с фотографией в интернете, мгновенное опознание, массовая истерика, разгоревшаяся менее чем за месяц, — к этому вы тоже имеете отношение? — И она посмотрела ему в глаза.

Он ответил абсолютно честным взглядом:

— Нет. Ни малейшего. Всё развивалось спонтанно, самым естественным образом. Поверите ли, сам удивился.

Мардж с пронзительной ясностью поняла, что он врёт, а собеседник, в свою очередь, увидел, что она догадалась.

— Не буду на вас давить, Марджори, подумайте.

Она кивнула и потом ещё несколько мгновений глядела в спину человеку, который сломал её жизнь, чтобы получить новый инструмент управления. Нет, нет, не он виноват во всём этом, точнее, не только он. Но руку приложил.

Возникло ощущение, что главный разговор сегодняшнего дня уже состоялся. Но следующий собеседник ждал своей очереди. Благообразный мужчина с повадками дородного и осанистого босса, лишившись привычных габаритов, производил странное впечатление. Неловкость он маскировал просторным плотным костюмом с ватными, как показалось Мардж, плечами. Он первым делом поинтересовался её вероисповеданием. Она считала дурным тоном обсуждение того вопроса всуе.

— Дитя, со мной не грешно поговорить о религии.

Я возглавляю Великую всеамериканскую экуменистическую церковь Христа.

«Сектант, что ли?» — подумала Мардж.

— Нет, мы не секта.

«Ой, мысли читает».

— И мыслей не читаю, но это первое, что приходит в голову людям, далёким от религиозной жизни. Многие и не заметили, что десять лет назад наряду с объединением Канады, Мексики и США в Североамериканский Союз произошло и слияние Церквей. Мы собираем под крыло истинной веры всех христиан, точнее, христианских лидеров, которые приводят за собой паству. Американские католики, протестанты, православные, иеговисты, мормоны... не стану перечислять всех, чтобы не утомлять вас. Деятельность наша не слишком явная, но уверяю, страна пережила бы Изменение с большими потерями, если бы мы не были едины...

— И чем я могу помочь в этом великом деле?

— Во-первых, заявить о своей принадлежности к христианам.

— А во-вторых?

— Не вовлекаться во всякого рода культы — ислам, буддизм, иудаизм, да мало ли кто попытается покуситься на вашу бессмертную душу из корыстных побуждений!

Мардж пообещала подумать.

«Да что же это, то в бордель, то в монастырь зазывают...»

Она выдохлась и вполуха выслушала очень серьёзных людей — энергетика, военного, ещё какого-то банкира.

В конце концов поднялась и во всеуслышание заявила:

— Господа, прошу меня извинить, но я слишком устала и несколько потрясена свалившимися на меня перспективами. Сознаюсь, что не уделила некоторым из вас столько внимания, сколько хотела бы, но это не последняя наша встреча, обещаю. А теперь позвольте вас покинуть.

Мардж вернулась в номер и забралась в постель, собираясь хорошенько подумать обо всём услышанном, но почти сразу же заснула. Через несколько часов очнулась от собственного вопля. В обрывках кошмара, которые успела запомнить, она висела на кресте, обнажённая, до смерти боясь, что на неё накинется толпа арабов-насильников, но те споро развели костёр и начали вращать крест, как вертел, срезая с её боков поджаривающиеся кусочки мяса. Причём огонь растапливали новой книгой Мардж, и это особенно взбесило.