Альфред Кох - Ящик водки. Том 2

— Они больше для журналистов одеваются, чем для себя.

— Я тебе скажу, что все-таки в шлепанцах и небритому легче, и естественней, чем в застегнутой гимнастерке и начищенных сапогах. На мой вкус. А конфликт был между нашими ментами и латышскими. Кто первый начал — сейчас поздно разбирать. Я не только к омоновцам ходил, но и в МВД Латвии. Там рассказывали, что наши менты — убийцы и твари. А латыши — белые пушистые демократические зайчики.

— У меня не было такого ощущения.

— А у пресс-секретарей МИДа и МВД Латвии — было… Если ты помнишь, там была перестрелка и сколько-то человек убили. В их числе и оператора, который работал со знаменитым Подниексом, — они сняли нашумевший фильм «Легко ли быть молодым». Кто стрелял, откуда, зачем — разумеется, каждая из сторон дает свою железную версию. Может, латыши сами своих и застрелили.

— Скорей всего.

ПОСЛЕДНИЕ СОЛДАТЫ СССР

(цитаты из Интернета)

Кто прав, кто виноват, чьи законы главней — поди еще разберись. Несколько человек из десятков миллионов людей, которые присягали Советскому Союзу, отнеслись к этому ритуалу с повышенной серьезностью. Допустим, они наивные, они идеалисты и романтики, они задержались в подростковой стадии развития. И вот этих больших детей мы бросили на часах. Они дали честное слово, что будут стоять до конца, а мы про них забыли, увлекшись взрослыми играми.

«Рижский отряд милиции особого назначения был создан в числе первых пяти подобных отрядов в 1988году. Основной костяк составили бывшие десантники, пограничники и морские пехотинцы. Многие прошли Афганистан. В том числе и командир Чеслав Млынник ( 1960 г.р.). „Это была „ленинская кадровая политика“ — командирами ОМОНов в мятежных Латвии и Литве стали этнические поляки — Чеслав Млынник и Болеслав Макутынович. Оба — комсомольские работники, которым не светила партийная карьера — „польская квота“ была уже давно выбрана, а с резким падением влияния партийных структур в странах Балтии польское меньшинство стало самоорганизовываться примерно на тех же принципах, что литовцы и латыши“.

Первые же рейды омоновцев по улицам Риги повергли горожан в шок. Разговор у «черных беретов» был коротким: «Руки за голову! В машину пошел!» На фоне перестройки все говорили только о положительной роли ОМОНа. Благодаря его деятельности в Риге резко сократилось число преступлений, а отдаленный район Вецмилгравис, где располагалась их база, стал самым тихим и безопасным местом в городе».

«Один только вид нашей машины отбивал у хулиганов всякое желание совершать что-либо. Особенно страдали от нас насильники, которых мы вылавливали пачками по темным закоулкам и паркам». «Суббота и воскресенье были для нас настоящим праздником. Мы работали в „гражданке“ на рынках. Тогда только-только пошли наперсточники — „кручу-верчу, поймать хочу“. Мы подходили якобы поиграть, они брали меченые деньги, мы их задерживали и отправляли в ближайшее отделение милиции. С торговцами наркотиками вообще не разговаривали — били беспощадно, не боясь, что нас обвинят в рукоприкладстве, и сдавали в отделение». «Однажды взяли одного торговца с тремя ящиками водки и провели с ним воспитательную работу. Отвезли его на берег Даугавы и заставили „продезинфицировать“ нашу машину, а потом в одежде отправили его в заплыв на другой берег. Направление показывали автоматными трассерами. Натерпелся он, конечно, зато больше водкой не спекулировал».

«Омоновцы неоднократно разоружали в Риге группировки городских боевиков и устраивали рейды против новоявленных таможен латышей на границе с РСФСР».

«В 1990 году омоновцев впервые втянули в политику: МВД заставило их разогнать демонстрацию Интерфронта, который протестовал против Декларации о независимости Латвии. После МВД СССР переподчинило Рижский ОМОН Москве. Министр внутренних дел Латвии Алоиз Вазнис издал приказ: при появлении омоновцев вблизи объектов МВД открывать огонь без предупреждения. Невзорову необходимо проверить этот приказ, то есть… проехать мимо здания МВД на нескольких „уазиках“ — обстреляют или не обстреляют? 3 февраля 1991 г. программа „Время“ сообщает, что в 2часа ночи в Риге была обстреляна машина, в которой ехал Невзоров с командиром ОМОНа Чеславом Млынником и тремя омоновцами. За работу в Прибалтике „Саюдис“ приговорил Невзорова к высшей мере».

«В январе 91-го ОМОН участвует в перестрелке у здания МВД Латвии. С латышской стороны — четверо убитых, 8 раненых. Кто их убил — не установлено».