Пол Остер - Музыка случая

Флауэр, Стоун и Поцци после кратких переговоров договорились о правилах. Играть по семь карт, без джокеров, в открытую — по-взрослому, как выразился Поцци. Если Поцци быстро их обыграет, то Флауэру со Стоуном разрешается доложить в банк максимум еще по десять тысяч. За раз больше пяти сотен не ставить и играть до тех пор, пока у одного из игроков не закончатся фишки. Если же все продержатся до конца, то остановятся ровно через двадцать четыре часа, без возражений. Договорившись, все трое пожали друг другу руки, точно как дипломаты, только что подписавшие мирный договор, и направились к бильярдному столу разбирать фишки.

Нэш поставил свой стул позади справа от Поцци. Флауэр и Стоун ничего ему не сказали, однако Нэш и сам прекрасно понимал, что было бы дурным тоном во время игры разгуливать по комнате. В конечном итоге он тут тоже заинтересованная сторона, и потому лучше не будить ничьих подозрений. Если бы он случайно зашел туда, откуда мог бы увидеть их карты, те могли бы решить, будто они мошенничают, и, если Нэш, например, потом почесал бы висок, кашлянул или мигнул, принять это за условный знак. У мошенников способов миллион. Они все об этом знали, потому никто не стал его даже предупреждать.

Первые три взятки прошли без сюрпризов. Играли осторожно, примериваясь друг к другу, точно боксеры, которые в первых раундах только кружат по рингу, проводя разведку джебами и прямыми в голову. Флауэр закурил новую сигару, Стоун сунул в рот еще один пластик «Даблминта», Поцци не выпускал из левой руки зажженную сигарету. Все трое сосредоточились и молчали, и Нэш, не ожидавший этого, в конце концов пришел в недоумение. У него покер всегда ассоциировался с шумом, гамом, с непринужденной болтовней, скабрезными шутками, дружелюбными подначками, но эти трое сели явно не развлекаться, и Нэш, довольно скоро уловив накалявшуюся атмосферу, понял, что в этой комнате борьба пойдет всерьез. Звуки все для него вдруг исчезли, будто на свете остались только шуршание карт в колоде, шарканье фишек и сухие, короткие объявления ставок. Вскоре и Нэш начал потаскивать из пачки, лежавшей рядом с Поцци, — курил он автоматически, не отдавая себе отчета в том, что взял в руки сигарету в первый раз за пять лет.

Нэш ожидал увидеть блицкриг, избиение младенцев, однако прошло два часа, а Поцци только остался при своих, и если что-то и выиграл, то самую малость. Раз за разом он был вынужден пасовать после первого или второго круга, карта не шла до того, что временами он даже оборачивал это в свою пользу, решаясь на блеф, но блефовал он редко, не желая испытывать судьбу. К счастью, их потери были невелики — в начале игры ставили по пятьдесят, поднимали до двух сотен, не больше, на большее не решались. Никаких признаков паники Поцци не проявлял. Потому не беспокоился и Нэш и, через какое-то время заметив первые результаты, поверил в правильность той терпеливой тактики, которую выбрал Поцци. Тем не менее мысли о легкой победе пришлось выбросить из головы, чем Нэш был несколько разочарован. Игра будет нелегкой и долгой — он уже это понял, — а Флауэр и Стоун теперь оказались вовсе не те, что месяц назад, когда Поцци их увидел в Атлантик-Сити. Вполне возможно, им так помогли уроки, взятые у Сида. Но так же возможно, они отличные игроки и в прошлый раз просто-напросто провели Поцци, чтобы его заманить. Вторая гипотеза показалась Нэшу куда более неприятной, чем первая.

Через некоторое время дела у них пошли лучше. Часов около одиннадцати Поцци, которому наконец пришли тузы и дамы, поднял ставку, взял сразу три тысячи и начиная с этого момента заиграл так легко и уверенно, забирая по три взятки с четырех раздач, что за час хорошо оторвался, а противники его тем временем все больше скисали, словно воля их надломилась, не выдерживая напора. В полночь Флауэр прикупил фишек на десять тысяч, через пятнадцать минут Стоун добавил себе на пять. Комната утопала в дыму, и Флауэр толкнул с места окно, впустив к ним ночные звуки, и Нэш вздрогнул от неожиданности, когда услышал сверчков, которые пели в траве. К тому времени Поцци уже добыл им двадцать семь тысяч, и в первый раз за ту ночь Нэш позволил себе отвлечься от игры, решив, что его внимание теперь никому не нужно. Теперь все было под контролем, и потому можно было себе позволить немного передохнуть и слегка помечтать о будущем. В самый неподходящий момент (как он оценил это позже) Нэш принялся рисовать себе даже, как переедет теперь в Миннесоту и купит себе дом. Цены в тех штатах низкие, и на первый взнос ему хватит. Наконец он уговорит Донну, и они снова заживут вместе с Джульеттой, а потом он, быть может, через старых бостонских знакомых устроится в Нортфилде пожарным. Цвет пожарных машин в Миннесоте светло-зеленый, вспомнил Нэш и нашел себе новое развлечение: начал перебирать, что там у них на Среднем Западе не так, а что как у всех.