Рохинтон Мистри - Дела семейные

— Не будет смешно, если эта депрессия его прикончит, — мрачно сказала Куми. — Доктор Тарапоре прямо сказал: стариков депрессия убивает быстрее, чем болезни или травмы. Папина гибель будет на вашей совести. На ваши головы падет она.

— Бога ради, не надо ссориться, — жалобно сказал Джал, — давайте спокойно все обсудим.

— Больше нечего обсуждать, благодарю вас, — для Куми настал миг бросить на стол козырную карту.

Нам осталось распорядиться, чтобы «скорая» развернулась назад.

Роксана в смятении ринулась на балкон, перегнулась через перила и бросилась обратно.

— «Скорая»… неужели вы оставили там папу? Бросили одного в таком состоянии?

Джехангир прибежал на рыдания матери. На ходу заталкивая в штаны пижамный шнурок, он встал рядом с Роксаной, держа ее за руку и глядя на дядю и тетку укоряющим — как он надеялся — взглядом.

— Не перегибай палку, Рокси, — говорила Куми, — папе удобно в «скорой», мы заплатили за первоклассную машину. Присядь на минутку.

Обливаясь слезами, Роксана оттолкнула сына и опрометью бросилась вниз по лестнице. За ней осторожно двинулся Джал, умоляя ее не мчаться с такой скоростью.

— Не хватало, чтобы еще ты сломала ногу! — кричала Куми.

Джехангир закрыл дверь и вышел на балкон. На третьем этаже, в квартире прямо напротив, зеленый попугай переступал в своей клетке с лапки на лапку, раскачиваясь из стороны в сторону, как безумный. Джехангир посвистел попугаю и стал вглядываться в комнаты. Чужие квартиры всегда казались ему веселее и привлекательнее, чем собственная.

Посмотрел вниз на «скорую». Вокруг уже собрались соседи, среди них и Вили Кардмастер с их этажа, которую отец звал Лотерейной королевой, потому что к ней бегали советоваться, на какие номера ставить.

Мама говорила, что эта подпольная лотерея — плохое дело, а женщина, которая не только сама играет в азартные игры, но еще и других вовлекает, — это вообще ужас! Мама недолюбливала тетю Вили.

Тут он увидел, что из подъезда выбежала мама, миновав толпу соседей, бросилась к «скорой». Тетя Вили протянула было руку, но мама, не обращая внимания, рванула ручку задней двери и скрылась в машине.

Роксана стояла на коленях у носилок, держала отца за руку и гладила его по голове.

— Не волнуйся, дитя мое. У меня все хорошо.

Роксана склонилась поцеловать его и едва не отпрянула от острого запаха. «Как же они ухаживали за папой», — подумала она.

— Это не моя идея, — прошептал отец, — они обещали переговорить с тобой и с Йезадом, прежде чем везти меня.

— Я знаю, папа. — Роксана погладила его колючий подбородок и легонько сжала его пальцами.

Нариман улыбнулся:

— И ты туда же? Что вас всех тянет к моему подбородку?

Роксана опять потискала отцовский подбородок.

— Случается, что наши дети учат нас милым вещам.

Тем временем вокруг «скорой» разворачивались другие события. Джал и Куми подошли к машине как раз в ту минуту, когда соседи заметили в подъезде незнакомца, который переписывал в книжечку висевший там список жильцов с указаниями номеров квартир.

Он так старался не привлекать к себе внимания, что возбудил подозрительность всех толпившихся во дворе. Будучи призван к ответу, незнакомец сказал, что работает на фирму, которая проводит исследование рынка, и улизнул.

Все врет, решили соседи, когда он исчез. Он непохож на социолога. Вили Кардмастер объявила, что, скорее всего, он был из Шив Сены, а фамилии записывал, чтобы установить, где проживают мусульманские семьи: Шив Сена точно знала, куда направлять погромщиков, когда в городе шли беспорядки из-за мечети Бабри Масджид. Видимо, готовятся к следующему погрому.

— Чало, поехали, — нарочито громко обратилась Куми к водителю «скорой», — здесь нет места для пациента. Разворачивай.

Роксана выпрыгнула из машины.

— Подождите! — крикнула она шоферу. — Поднимите, пожалуйста, больного на третий этаж.

— Уверена? — спросила Куми. — Решила, куда поместить папу?

— Поторапливайтесь! — прикрикнула Роксана на санитаров, которые мешкали, ожидая подтверждения от Куми.

Куми кивнула. Один санитар забрался в машину, другой ухватился за носилки у задней двери. Носилки вынесли. Нариман прикрыл рукой глаза от солнца.

— Извини за промедление, папа, — заговорил Джал. — Мы напугали Роксану, ведь новость была для нее полной неожиданностью.

— Она и должна была испугаться, — милостиво согласилась Куми, — хотя причин для беспокойства нет. Видишь, Рокси, папа в полном порядке.