Григорий Покровский - Ввод

После лекции она подошла к военкому.

— Товарищ военком, кому обращаться? — спросила она.

— Обращайтесь в свой районный военкомат по месту постановки на учёт, — ответил военком.

На следующий день Ася была в военкомате. Она написала заявление, автобиографию, заполнила анкету. Прошло больше месяца, из военкомата вызова не было. Она уже подумала, что поездка в Афганистан не состоится. И вот однажды, в ординаторскую вбежал Модест Петрович весь красный от возмущения. Тряся над головой бумажкой, он кричал: «Что вы наделали? Девчонка!»

В начале Ася не поняла, к кому относится этот крик. И когда Модест Петрович приблизился к ней, обращаясь:

— Какой Афганистан? Хирургией надо заниматься, а не вставлять челюсти, которые «старики» выбивают молодёжи. Я служил и знаю. Там, кроме челюстей и чирей на задницах, сложнее операции нет. А вам учиться надо.

— Модест Петрович, — спокойно ответила Ася, — кроме всего прочего там еще и война, а военно-полевая хирургия тоже наука и где, как не там, её можно постичь.

Модест Петрович сел, положив бумажку на стол. В ординаторской затянулось молчание. Потом он с шумом потянул ноздрями воздух, как бы успокаивая себя дыханием. Хлопнул обеими ладонями по столу, медленно произнёс: —Да, может вы и правы. Ну что ж, в таком случае удачи вам, «девчонка — сорвиголова». Только не суйтесь, куда не надо. Пуля — дура, она не разбирается, солдат перед ней или врач.

Бурцев получил свою первую зарплату. Начфин каким-то образом умудрился потерять его расчетную книжку. Пока разбирались, шла переписка и ответы со старого места службы, по какое число был удовлетворён денежным довольствием, прошло два месяца. Первый раз он держал чеки Внешторга в руках. Смотрел на бумажки, похожие на лотерейные билеты и думал: «Какое все-таки варварское государство. Посылает людей воевать за границу во имя каких-то непонятных целей. Платит им каких-то триста чеков в месяц, которыми и в своей стране не везде можно расплатиться, а только в специализированных магазинах «Березка», не говоря уже о других государствах. До какой же степени нужно властям держать человека за быдло! Вдувать всё время ему в уши идеологию, что он живёт в самой прекрасной стране мира».

— Ну и куда их деть? Купить афганскую дублёнку, так жены нет, — высказался вслух Бурцев.

— В чемодан, командир, в чемодан, — сказал зампотех, — вообще-то, первую положено обмывать.

— Я не против, только где водку взять, — отозвался Бурцев.

— Как это где? — вмешался замполит. — Ваши деньги — наши проблемы — в штабе армии «ванькинторг» есть.

— В военторге разве продают водку? — спросил Бурцев.

— Официально нет, а из-под полы торгуют, — ответил замполит.

— Сколько бутылка стоит?

— От пятнадцати до двадцати чеков. Всё зависит от наличия спроса и предложения.

— Ух, ты как дорого! — воскликнул, — Бурцев.

— Контрабанда, — сказал замполит, — они же берут водку у таких офицеров как наш Миронов. Кто в бензобаках, кто с таможенниками в сговоре. Каждый накручивает себе, перепродают девочкам из военторга, а те свою долю берут. Вот поэтому и получается дорого. Бывают и перебои, тогда цены взвинчиваются.

— Почему? — вмешался зампотех. — У Тани Масленкиной всегда есть.

— Оно-то так, да она дорого продает. Ей высокий чин привозит, а он много себе накручивает, — сказал замполит.

— А чего ему не возить, — вмешался начальник штаба. — Таможенному досмотру не подлежит, в Союз летает часто, и тягает потихоньку, а Танька торгует. Но у неё двадцать стабильно.

— Зато всегда есть, — снова вмешался зампотех. — Давайте, командир, я на дежурной машине слетаю.

Бурцев отсчитал пятьдесят, подал зампотеху.

— Хватит или ещё?

— Хватит, — сказал зампотех.

— Закуску не забудь, — замполит вынул двадцать чеков. — Возьмешь каких-нибудь деликатесов. Каши на кухне возьмём.

Обмывка зарплаты затянулась допоздна. К Бурцеву подсел зампотех и плеснул ему в кружку водки. Тихонько стукнул о край его кружки дном своей.

— Давайте выпьем, командир, чтобы сволочей в нашем коллективе не было.

— Да их вроде бы и так нет. Все нормальные ребята.

— Э, не скажите. Вот Жора Пономаренко сидит, спит и видит себя на вашем месте. Вы к нашему начальнику штаба батальона приглядитесь. Не простой он мужичек. Ребята все на водку давали, а он сидит ест и пьёт, хотя б для приличия один чек дал.

— Прекратите, это же такие мелочи.

— Нет, Петрович, не мелочи. На войне мелочей не бывает. Для «Березки» бережёт, в забугровый товар бабу будет одевать.