Канта Ибрагимов - Аврора

Была глубокая ночь, когда Цанаев проснулся или едва пришел в себя. По нужде пошел в ванную, и машинально, заметив в зеркале свое отражение, он пристально вгляделся и не мог самого себя узнать — перед ним был состарившийся, изможденный, слабый и потерянный человек, которого никак нельзя было назвать мужчиной. И он еще понимал, что жизнь, эта зачастую мучительная жизнь, не закончилась, зато как искра, как сказка, как сладкий сон закончилась его счастливая райская жизнь в любви…

По житейскому опыту, по интуиции и по напряжению своего тела и чувств он понял — это конец; он что-то потерял. Это «что-то» — очень большое, великое, но не вечное. Это любовь! Которой отныне рядом нет. Но и это не все и не главное. Он еще потерял кого-то. Кто это? И в единственном ли числе?.. Как он жалок, бессилен, одинок.

…Он очнулся в ванной. Видимо, потеряв сознание, падая, он ударился, а может, от напряжения, носом пошла кровь, — и на полу уже застывшая, большая лужа.

Позже, все позже выяснится; наверное, это спасло ему жизнь. А может даже вернуло к жизни, потому что он сразу бросился искать телефон: ему никто не звонил, а он бесконечно набирал один и тот же номер — «абонент недоступен»… И тогда его осенило — он набрал справочник Москвы: все и вся в России платное, даже телефон милиции, ФСБ, скорой помощи и аэропорта. И все эти службы у него требовали информацию: кто он такой? откуда звонит? зачем? кто такая Таусова? кем ему приходится? и прочее.

Никакой вразумительной информации он не смог получить, а одна из служб посоветовала обратиться к психиатру. И он вновь набрал номер Авроры — «абонент недоступен». Это была единственная правда — аппарат не врал. Наверное, поэтому телефон более всех пострадал: со всей злостью, как настоящий псих, швырнул его Цанаев. Словно метился, угодил прямо в стеклянный шкаф: треск, вдребезги стекло и мобильный разлетелся. А Цанаев, будто его ударили, очнулся: как без телефона? Ведь Аврора позвонит. Она позвонит, обязательно позвонит!

С этой мыслью от стал спешно собирать разле-тевшие части мобильного и тут порезал ладонь, от колющей боли простонал, хлынула кровь. Он побежал в ванную — и там кровь.

— Какой ужас! — прошептал он и в это время вновь заметил свое отображение в зеркале — жал-кий, слабый, чуть ли не плачущий человек. Какой он мужчина?! Разве такого мужа достойна Аврора? Ведь Аврора стойкая, сильная, выносливая женщина. Она сейчас в непростой ситуации, скорей всего, в неволе… А он в тепле, в свободной Европе и то, как побитая собака, скулит.

— Возьми себя в руки, болван, — сам себя обругал Цанаев.

Первым делом собрал телефон, включил — никто не звонил. Он вновь набрал Аврору — «не доступна». Не только духом, он ослаб, почувствовал слабость и ломоту во всем теле: то жар, то озноб. А сердце стучит бешено, и он все же догадался выпить свои лекарства. Видимо, под их воздействием, он прямо в кресле заснул, — от резкого звонка встрепенулся в тревоге, так дрожат руки, что еле смог включить телефон:

— Гал, Гал, — к его крайнему удивлению голос жены, так сказать, первой жены. — Это я, — у нее тоже голос тревожен. — Только что по телевизору в новостях сюжет — «задержали в аэропорту чеченскую террористку». Фамилию не называют, вроде бы «в интересах следствия». Но фото Авроры. Точно она… Разве она не долетела?

— Что?.. А ты знала, что Аврора в Москве?

— Знала.

— У вас была связь? — возмутился Цанаев.

— Гал, сейчас не до этого. Я думала, она улетела. А ее задержали… Вот дочка говорит, что в интернете та же новость.

— Что?.. Я перезвоню, — Цанаев бросился к ноутбуку Авроры — не везет, так не везет во всем: срок оплаты исчерпан.

Тогда Цанаев побежал в лабораторию, а там все заперто. Оказывается, он потерял счет времени — только светает. А как долго тянется это время, когда ежеминутно смотришь на часы. И как назло, никто не звонит, а ему самому лишний раз позвонить домой в Москву тоже неудобно: попрекнут, как приперло к стене — объявился.

Все же рабочий день начался, зашел Цанаев в интернет. Конечно, он, как Аврора, компьютером не владеет, да она, слава Богу, кое-чему его научила. Про Таусову только та же самая информация. Даже в «Википедии» она есть: «известный ученый физхи-мик, участник многих международных конференций и т. д». А вот про террористку Таусову ни слова. И тогда Цанаев набрал домашний.

— Я-то в компьютере не разбираюсь, — говорит жена, — сейчас дочери передам.

— Папа, — к удивлению Цанаева сопереживает дочь, — всю ночь эта информация была, я ее почему-то сосканировала, а под утро исчезла, и ни слова про Аврору, — и тут, сквозь этот разговор на телефон Цанаева поступил сигнал, аппарат не врет — «абонент снова в сети».