Кэролин Джесс-Кук - Дневник ангела-хранителя

Вечера в этом доме проводили, слушая радио или, по большей части, затевая литературные диспуты. Марго оказывалась в центре баталии, разгоревшейся из-за того, имела леди Макбет детей или нет. «Конечно, она имела детей! Почему же, во имя Неба, она говорит о вскармливании грудью, если у нее не было детей?» — «Это метафора, женщина! Просто уловка, чтобы заставить Макбета убить Дункана!» И так далее. А еще Марго выступала в роли молчаливого судьи во время вулканических дебатов, лучше ли Сильвия Плат [7] Сильвия Плат (1932–1963) — американская поэтесса и писательница, автор основанной на событиях собственной жизни повести «Под стеклянным колпаком». Теда Хьюза [8] Тед Хьюз (настоящее имя Джеймс Хьюз) (1930–1998) — английский поэт и детский писатель. или нет. «Это невозможно измерить! На каком основании он может быть лучше?» — «Да уж не на основании трепотни про охрану осиных гнезд!» — «Ты что?» И так далее.

Заинтригованная, Марго поневоле начала проводить целые дни, наслаждаясь Плат, Хьюзом, Шекспиром, потом Плавтом, Вергилием, Диккенсом, Апдайком, Паркером, Фицджеральдом и Бронте.

Книги в Доме Святого Антония были потрепанными, с загнутыми уголками, полученными в качестве благотворительности из магазинов или школ, поэтому Марго могла читать лишь книги, изданные «Миллс и Бун», [9] «Миллс и Бун» — английское издательство, специализирующееся на бульварных романах. или Афру Бен. [10] Афра Бен (1640–1689) — английская романистка и драматург, один из крупнейших авторов эпохи Реставрации; первая профессиональная писательница в истории Англии. Но последнюю она избегала.

Теперь, загоревшись вопросами, на которые надо было найти ответы (был ли Хитклифф [11] Хитклифф — персонаж романа Эмилии Бронте «Грозовой перевал». ирландцем?), и двусмысленностями сюжетов, требовавшими полного разъяснения (Гамлет и Офелия — родственники или любовники?), Марго читала быстро и вдумчиво. Она преисполнилась решимости высказываться, а не молча гадать. (Калибан [12] Калибан — персонаж пьесы Шекспира «Буря», получеловек-получудовище. и Эней — люди или планеты?) К тому же ей полюбилось преодолевать трудности.

Тут я должна упомянуть, что замечания Нан о том, что я не в силах разглядеть всего в духовном мире, не выходили у меня из головы. Пару раз я видела ангела-хранителя Ирины, но никогда — ангела-хранителя Грэма. Я скучала по общине ангелов в Доме Святого Антония. Больше того, я задумывалась, почему я не вижу их все время, почему меня не осаждают демоны и призраки, почему иногда я чувствую себя человеком.

И все-таки я знала, что Грогор здесь, и это меня беспокоило. Он как будто имел надо мной превосходство благодаря своей невидимости. Может, мне просто следовало усерднее всматриваться.

Это случилось однажды ночью, когда Грэм, Ирина и Марго обсуждали «Трех женщин» Плат. Грэм отпустил шутку насчет фильма Полански «Ребенок Розмари», и они с Ириной рассмеялись. Марго сделала мысленную заметку посмотреть этот фильм, полная решимости быть в курсе. Все еще смеясь, Ирина поднялась с кресла и вышла на кухню за стаканом воды. Она тщательно закрыла за собой дверь в комнату, где остались Марго с Грэмом. Я наблюдала, как ее улыбка быстро поблекла. Она прислонилась к кухонной раковине и посмотрела через окно в ночь. Ирина медленно наклонила голову, и большие горячие слезы закапали в раковину.

Когда я двинулась к ней, чтобы ее утешить, рядом появился мужчина. Он обхватил ее рукой и прислонился головой к ее плечу. На секунду я решила, что это ее ангел-хранитель, пока не увидела костюм в полоску, а потом — ужасный черный дым там, где полагалось быть ногам. Он обнимал ее, как любовник, шепча ей что-то на ухо, гладя ее волосы.

Ангел-хранитель Ирины появился за окном, он выглядел сердитым и озадаченным. Прижав руки к стеклу, он приглушенно закричал, моля, чтобы его впустили внутрь. Похоже, его каким-то образом заперли на улице. Я перевела взгляд с Грогора на ангела по другую сторону окна. Я ничего не понимала. Что бы Грогор ни говорил Ирине, это расстраивало ее все больше и больше, а ее ангел-хранитель почему-то ничего не мог поделать.

— Эй! — громко вмешалась я.

Не снимая рук с плеч Ирины, Грогор повернул ко мне голову. Он ухмыльнулся. Я отвела взгляд, чтобы не видеть его отвратительных черных глаз, в которых зрачки плавали в чем-то, смахивавшем на смолу. Его странная, словно тающая кожа была, казалось, сделана из воска.