Юрий Вахтин - Приговор

На территории завода - чистота. Не видно вообще людей, как, наверное, на всех наших предприятиях, ходят десятки людей и у всех на это есть причина. Все в работе, все при деле, все строго на своих местах. Пройдя половину территории завода, Антипов не увидел ни одного человека.

- Ты куда людей своих спрятал, директор? - пошутил Антипов - Предупредил о приезде гостей из обкома?

- Нет, Юрий Иванович, ты меня знаешь, я не вельможеугодник, - серьезно ответил Зарубин. - Люди на своих рабочих местах, работают. Территорию убрали утром уборщики, теперь вечером. А кого кроме уборщиков можно встретить на территории? Буфеты во всех цехах. Прачечные приходят сами в цеха забирать грязную одежду. Стараемся, чтобы рабочий как можно меньше терял времени на бытовые проблемы.

- Верю, директор. Врать ты не можешь. А на счет вельможи ты зря. Просто всегда есть стадо, и есть пастух. Вот ты, например, Зарубин Лев Борисович - пастух до мозга костей, а кого ты вельможами считаешь? - Антипов хитро посмотрел на Зарубина. Что ответит директор, он понял, ведь почему он здесь, а не в обкоме, давно понял.

- "Кесарю кесарево", еще в Библии так записано, - продолжал разговор Антипов, - хотя мы и коммунисты, но эти слова из Библии должны быть и у нас путеводными. Или не так?

- Не уверен, Юрий Иванович. Я ближе к марксистскому пониманию этого вопроса. И люди независимо от своей должности должны, прежде всего, быть на своем месте, слесарь ты, или директор, добросовестно делай свое дело. Только в этом я понимаю слова "каждому свое". Не важно, кто ты, делай свою работу хорошо, не можешь - уйди. Впрочем, эти слова из Библии все толкуют по-своему. И на воротах Бухенвальда были написаны именно эти слова. Наверно, фюрер в III рейхе их тоже по-своему понимал, - сделал укол Антипову Зарубин.

Антипов даже поморщился от его слов. Он видел, несмотря на все гонения, Зарубин не сломлен. И наверное, невозможно сломать таких людей. Таких, как Зарубин, и осталось в партии единицы, наверное, они опоздали родиться, им нужно было родиться во времени индустриализма или в Отечественную, чтоб закрывать собой амбразуры.

- Жизнь не стоит на месте, люди устали ждать светлого будущего, они хотят хорошо жить здесь и сейчас. По крайней мере, принцип "каждому по способностям" никто не отменял. Вот видишь снова: "Каждому свое" - Антипов победно улыбнулся. На что опальный директор ответил:

- А судья кто?

Не получилось разговора. Зарубин и сейчас под каждым словом, сказанным еще пять лет назад до ссылки в Урыв, подписался. Именно тогда он сказал первый раз в кабинете Антипова эти бессмертные слова Грибоедова:

- "А судьи кто?" Кто решает кому, сколько съесть, кто ближе к кормушке? Почему они должны решать, как жить людям, что есть, что читать? Почему они уверены, что правы и их мнение - догма? Они просто привыкли считать себя пастухами. И уже становилось модно быть в династии пастухов.

Почему они должны иметь больше льгот, чем простой рабочий. Создавалась видимость равенства и братства, но уже сложилась прослойка пастухов. И граница между стадом и пастухами становилась все очевиднее. Постоянная борьба, жизнь в борьбе и преодолении трудностей. Часто искусственно созданные - это, наверное, русский менталитет. Просто жить и радоваться жизни русский человек так и не научился.

Зашли в цех. Шипели пресса, автоматы, и здесь минимум людей, все заняты своим делом. И даже не сразу заметили своего директора с высоким гостем. Не врал Зарубин, никого он не предупреждал о визите главы области, хотя еще вчера вечером сам Антипов позвонил ему и пообещал приехать.

"Да, это настоящий пастух, - еще раз подумал Антипов, - это человек дела, очень жаль, что им не удается найти общий язык. Зачем ему предупреждать о приезде хоть Генерального Секретаря ЦК, если у него на заводе порядок, все делают свое дело, как и должно быть, и делают хорошо, к чему это вельможеугодничество", - вспомнил Антипов слова Зарубина.

Их увидел и подбежал, побледнев, наверное, сменный мастер. Стал что-то говорить Зарубину, вытянувшись по-армейски, но за шипением прессов Антипов слышал только обрывки фраз.

- Все, работайте, не обращайте на нас внимания, - Зарубин по-простому похлопал по плечу мастера и улыбнулся улыбкой человека, довольного результатами своего труда.

"Если на других предприятиях за неделю начинают убирать, готовиться к его приезду, где кому стоять, что говорить и какие вопросы можно задавать. Зарубин говорит своим рабочим: "Работайте, не обращайте на нас внимания". Это руководитель "новой волны", человек дела, и очень, конечно, жаль, если им никогда не придется стать снова вместе", - подумал Юрий Иванович, выходя с Зарубиным на улицу.