Василина Орлова - Квартет

— Значит так, я все беру на себя. Вести беседу непринужденно, вопросы задавать только по ходу действия, героиня — она, — Карина указала на Елену.

Богаделов открыл было рот: его, профессионала, будут учить. Но махнул рукой. Благодушное сознание собственной значимости всегда гасило в нем вспышки гнева.

Студия, интерьер в голубом цвете, похожая на десятки других, ждала. Неудобные кресла, высокие столы-стойки, как в баре.

— Снимаем!

Кирилл присел в кресло в синей гостиной и включил огромный, с окно, телевизор. На экране плохой парень безжалостно мочил хорошего, но было ясно, что добро восторжествует. На другом канале поджарый президент в горнолыжном костюме являл нации пример здорового образа жизни. На третьем охмуряла поклонников «морская черепашка по имени Наташка».

Стоп, а это? Мелькнули кадры вчерашней галереи, знакомое лицо.

— Что мы здесь делаем, господа? — вопрошала с экрана красавица. Лицо ее было вдохновенно, Кирилл залюбовался. — Неужели всерьез принимаем за искусство все то, вокруг чего ходим?

Кирилл заново переживал потрясающую сцену в «Астрале». Вот девушка сбежала со сцены, окинула глазами экспонаты, и живо хлопнула один из них об пол. Толпа ахнула, а чертовка лишь весело развела руками.

Картинка сменилась изображением студии. Рядом с рыжеволосой Кариной восседала виновница переполоха в московском бомонде. Вид у нее был самый невинный.

— Пожалуйста, вы могли бы как-то прокомментировать ваши действия? — задал вопрос ведущий, состроив профессионально заинтересованное лицо.

— Я думаю, этот хеппенинг, эта акция привлечет внимание к нашей галерее. — быстро вступила рыжеволосая. — Публика должна понимать, что мы привлекаем и собираем вокруг себя нетривиальных людей, которые мыслят отнюдь не общими категориями.

Ведущий повернулся ко второй гостье. Та, казалось, смешалась. Но взяла себя в руки.

Карина округлила глаза.

— Мы очень часто наблюдаем попытки самовыразиться, что называется, на пустом месте, — проговорила Елена. — Что с нами происходит, когда душа действительно встречается с искусством? С настоящим, высоким? Она, наша душа, обязательно дрогнет, отзовется, зазвучит. А часто ли она сегодня отзывается? Увы. Так произошло и там. Ничто не поразило, не захватило воображения. Скучно, господа. Все останется только поделкой, пока художник не вложит в камень, в холст, даже в ту же проволоку всего себя, жизнь, свою душу. Если, конечно, есть, что вложить.

Общие слова. Лицо Елены дали крупным планом, и Кирилл удивился, как она взволнована.

— Но кто будет определять, вложил художник в свое произведение душу или нет? — прищурился Богаделов. — Ведь то, что вы разбили… Человек, может, ночами не спал, придумывал эту вещь, а вы безжалостно ее истребили!

Елена невозмутимо кивнула:

— Вы могли бы отличить прекрасное от уродливого, а точней, от никакого?

— Не всегда. — сказал Богаделов. — Тут проблема критериев.

— Вот и давайте называть вещи своими именами, хоть это и может показаться опасным. Но в конце концов язык не только для того, чтобы прятать мысли. Пустоту надо называть пустотою, халтуру халтурой, псевдоискусство псевдоискусством. Мы видим выдумку и понимаем, что за ней ничего не стоит. Кроме желания эпатировать, прокричать, вот я какой концептуальный, поразить балованного московского зрителя. Но только механическими приемами добиться этого невозможно.

— Нашу галерею посещают сотни людей ежедневно, — заволновалась Карина, — и всем нравится!

— Внимание, у нас звонок в студии! — перебил Богаделов. — Алло, говорите.

— У меня вопрос к вашей гостье, — бестелесный голос в студии смолк.

— Елене Птах, — подсказал Богаделов.

— Да-да. — голос был молодой. — Елена, вы правы. И такое положение сегодня не только в живописи и скульптуре. Не пора ли нам разложить костры на площадях и спалить все, что в больших количествах поставляют нам…

— Вот такой хулиганский звонок, — деловито выправляя положение, улыбнулся ведущий.

— Наверное, жечь все же не стоит. — сказала Елена. — Давайте жить, понимать, чувствовать самостоятельно. Я вот предлагаю всем, кто нас смотрит, на день-два выключить телевизоры. Может статься, мир настолько интереснее, что и включать не придется?

— Спасибо, спасибо, — забормотал ведущий. — А сейчас мы прервемся на рекламную паузу. Смотрите нас завтра в это же время. В студии сегодня были Карина Добронравова, хозяйка галереи «Астрал», и Елена Птах.