Рут Рейчл - Чеснок и сапфиры

Рассчитано на 3 порции.

На следующее утро в офисе я рассказала Кэрол Шоу о том, как познакомилась в «Палио» с Дэном. Она выслушала меня с интересом. Но, когда я сказала, что собираюсь с ним в ресторан, нахмурилась.

— Ты уверена, что хочешь это сделать? — спросила она. — Ему, конечно, это станет уроком, но мне такое мероприятие кажется рискованным.

— Ну а что может случиться? — спросила я. — Я просто встречусь с ним в ресторане. Он ведь не станет там на меня набрасываться. За себя я заплачу, поэтому он не будет считать меня должницей. А после ужина сяду в такси и поеду домой.

Она покачала головой.

— Не знаю, почему это заставляет меня волноваться, однако ничего не могу с собой поделать. А что сказал Майкл?

— Он тоже нервничает, — призналась я. — Сказал, что пойдет и сядет за соседний столик, чтобы видеть, что со мной все в порядке. Я его отговорила, но он заявил, что, если к полночи не вернусь, он пойдет меня встречать.

— Правильно, — одобрила Кэрол. — Я уже чувствую облегчение. Но лучше, если бы он тоже был в ресторане.

— Не вздумай сказать ему, — испугалась я. — Я несколько часов его уговаривала.

Швейцар в «Сент-Регис» встретил меня с теплотой, которую, должно быть, приберегал для блондинок. Я вышла из такси, проплыла в двери и услышала цоканье собственных каблуков по мраморному полу отеля. Метрдотель внимательно меня оглядел. Я не сомневалась в том, что он меня не узнал. Сняв с меня пальто, он пробормотал:

— Добро пожаловать в «Леспинасс». Вас кто-то ожидает?

Он провел меня в зал, и я поразилась тому, как точно вписалась Хлоя в этот кремовый и золоченый декор. Казалось, он задуман специально для нее. Или, возможно, все произошло в обратном порядке. Дэн встал, а метрдотель выдвинул для меня стул. Я подумала, что бессознательно создала точный образ для воображаемой эпохи Людовика XIV.

— Как я рад, что вы здесь, — сказал Дэн.

В аккуратном черном костюме и накрахмаленной белой рубашке он казался не таким красивым, как накануне. Невольно вспомнился осанистый пингвин.

— Я немного боялся, что вы меня подведете.

Я ничего на это не ответила, и он продолжил:

— Я изучал карту вин…

Он остановился, глянул на метрдотеля и сказал:

— Не будете ли вы так любезны пригласить сомелье?

К нашему столу, подпрыгивая, подошел похожий на воробышка мужчина и остановился в ожидании, раскачиваясь на пятках. Я заметила, что он мысленно оценивает Дэниела Грина. Прикидывает, сколько денег оставит этот клиент.

— Возможно, немного шампанского? — спросил он.

Дэн покачал головой.

— Нет, — сказал он, и я почувствовала, что он отвергнет любое предложение, лишь бы продиктовать свою волю. — Думаю, мы начнем с белого бургундского.

— Отлично, отлично! — одобрил сомелье.

Видно было, он знает, как обращаться с посетителями. На прошлой неделе, когда я показала нерасположение к разговорам, наше общение было кратким и деловым. Сейчас он сказал:

— Полагаю, вы предпочтете «Кот-де-Бон»?

— Напротив, — сказал Дэн, и, хотя, возможно, это было всего лишь мое воображение, мне показалось, что в глазах сомелье промелькнула легкая улыбка. — Я вижу, у вас имеется «Мюзиньи» восемьдесят девятого года. Это очень интересно. Я считаю хорошее белое вино из Кот-де-Нюи напитком великой красоты.

— Очень разумно, — сомелье склонил голову набок; в его голосе звучало восхищение. — Так мало людей замечает достоинства белых северных вин.

Вслух он этого не сказал, но в воздухе повисла фраза: «И вы принадлежите к разряду немногих знатоков».

— А как насчет красных вин, — спросил он, — мы останемся во Франции?

Для меня не осталось незамеченным это королевское «мы».

— Ну разумеется, — сказал Дэниел Грин. — Еда шефа Купца такая изысканная. Я совершил бы преступление, если бы оглушил грубым американским вином его тонкие блюда.

Я постаралась запомнить эти фразы, чтобы потом блеснуть ими в своей статье. Мне понравилась мысль о нападении на еду с преступным намерением.

Сомелье уважительно кивнул.

— Как вы правы! — воскликнул он.

«Уже не переигрывает ли он?» — подумала я. Глянула на Дэна — похоже, что нет. Я надеялась, что мое лицо выражает восхищение.

— Продолжим с бургундским?

Дэн показал жестом: это именно то, что он собирался сделать.

— Интересно, — сказал сомелье, — может, вы склоняетесь к «Ле Кортон»?

— Точно! — обрадовался Дэн. — Вы читаете мои мысли.

«Было это не так уж и трудно», — подумала я. Человек, который выбирает белые вина из региона, специализирующегося на красных, скорее всего выберет красное из области, славящейся белыми винами. И, поскольку «Ле Кортон» — самое лучшее вино в Кот-де-Бон, то не надо быть Шерлоком Холмсом, чтобы сделать такое предположение. Сомелье неуверенно кашлянул. Видно было, что из игры он не вышел.